Онлайн книга «Opus 2»
|
— Мы более музыкальны, чем люди, пожалуй, – подтвердил Дэнимон, когда Повелитель дроу промедлил с ответом. – Мы любим петь. Любим слушать звуки пения. — А просто музыку? — Любая музыка – песня, – наконец произнёс Альянэл, – но струны поют её без слов. Ева могла бы сказать то же. — Тогда, если разрешите, я вас оставлю. – Её ладони мягко выскользнули из пальцев Кристы. – И даже если не разрешите. — Острая аллергия на любовь к музыке? В вопросе Снежаны вновь прозвучали отзвуки тролльего смешка, но в этот раз Ева встретила взгляд Белой Ведьмы спокойно. — Я сама музыкант, – сказала она, прежде чем отвернуться. – И у меня есть для вас свой подарок. — Серьёзно? Сбежать из компании прежде, чем они по-настоящему покажут зубки? Да ладно, ты правда хочешь упустить такое… Кислый голосок Мэта Ева заглушила коротким, очень решительным «сгинь». Она почти не помнила, как дошла до кабинета. Ей даже показалось, что двери распахнулись сами собой: Ева просто не заметила лакеев, беспрепятственно впустивших внутрь будущую королеву. Когда она вернулась в зал, неся в руке расчехленного Дерозе, кажется, кто-то посмотрел на неё недоумённо. Может, и нет – она направилась к помосту для музыкантов, не глядя ни на кого, точно так, как выходила на сцену. Финальный такт очередного танца растворился в шелесте реверансов и поклонов, аплодисментах и гомоне слов. Опустив смычок (древко изгибалось высокой дугой, как у лука, на старый земной манер), пожилой скрипач-концертмейстер встретил Евин взгляд и встал, отложив семиструнную скрипку, чтобы выволочь в центр помоста заранее приготовленный стул. Шагнув на возвышение, Ева развернулась к залу, по которому недоумёнными волнами расходилась тишина. — Я хотела бы преподнести нашим гостям ещё один дар, – глядя поверх голов, сказала она. Громко, как только позволял непослушный голос. – И… и почтить память человека, который погиб, чтобы мы могли быть сегодня здесь. Позади музыканты ставили на пюпитр ноты, начертанные её рукой. Еве не доводилось раньше перекладывать фортепианные пьесы для струнного квартета, но это переложение она написала за одну ночь. Конечно, Кейлус бы сделал это лучше. Потому что был старше. Потому что был гением. Потому что это было его сочинение. Ева надеялась только, что он простит ей огрехи. — Я не знала Кейлуса Тибеля. – Эта ложь выговорилась труднее, чем любая другая. – Но я узнала его музыку. Его смерть помогла нам восстать против гнёта Айрес Тибель. Его смерть лишила нас шедевров, что он не успел написать, и красоты, что он не успел сотворить. Здесь и сейчас я хочу проститься с ним самым уместным способом из тех, что мне подвластен. Не обращая внимания на перешёптывания и смешки, она села. Устроив Дерозе между коленей, в складках юбки, стянула перчатки, бросив их прямо у резных деревянных ножек. На миг встретилась взглядом с золотыми глазами Повелителя дроу: он щурился там, где Ева его оставила, и что-то говорил Лодбергу. Кажется, насмешливо. …«я знаю, как вернуть вас домой»… Ева вытерла ладони о голубую тафту, и лица в зале исчезли. Со всеми лишними мыслями, растворившимися в светлой пустоте, которую могло заполнить только одно. Кто из великих говорил, что после тишины лучше всего невыразимое выражает музыка?.. |