Книга Дифференцировать тьму, страница 113 – Евгения Сафонова

За четырьмя детьми, мир которых всегда был так прост, так уютен, так однозначен.

Двухцветен, как шахматная доска.

— Это не битва света и тьмы, Дэн, – тихо проговорил Эсфориэль. – Не битва добра и зла. Это битва двух сторон, каждая из которых готова убивать и умирать за свою правду. Битва тех, кто служит игрушками в руках сидящих на тронах. Тех, кто по воле своих владык оказался на разных сторонах. И на каждой стороне хватает ублюдков и святых. Садистов, что наслаждаются видом крови, и тех, кто сражается за родных и близких. Интриганов, что пытаются дорваться до власти, карабкаясь по трупам, и тех, кто просто готов умереть за своё королевство и своего Повелителя, – эльф снова повернулся к племяннику. – И мы должны помнить это. Всегда. Помнить всех, кто погиб на войне, чтобы мы могли жить в мире. И не становиться теми, с кем когда-то мы так отчаянно сражались… теми, кто тоже готов был истребить целый народ ради своей извращённой истины.

Возможно, Дэн всё же нашёл бы, что на это ответить. По крайней мере, я очень ждала его ответа. Того, что можно противопоставить подобным словам.

Но в этот момент дверь в комнату распахнулась.

Алья ступил внутрь мягким тигриным шагом. Замер, едва шагнув за порог. Я не видела, куда он смотрел, но предположить было нетрудно.

А вот его широкую улыбку разглядела даже на маленьком зеркальном стекле.

Сунув зеркальце мне в руку, Морти стремительно поднялась на ноги:

— Аккуратнее с этим, ладно?

Серебро было странно тёплым, почти горячим. Я перехватила зеркальце поудобнее, пока фигурка Эсфора отступала в сторону, к Лоду, из простого наблюдателя вдруг обернувшегося очень напряжённым наблюдателем.

И мне было ясно, куда заспешила принцесса дроу, ещё прежде, чем она вышла за дверь.

Ведь Морти, как и я, должна была прекрасно помнить: с Навинией, причастной к боли её брата куда больше Кристы, Лод себя никакими ритуалами не связывал.

— Принцесса Навиния из рода Сигюр, – почти ласково пропел Алья, глядя прямо перед собой. – Какая честь.

Небрежный взмах серых пальцев – и Навиния поднялась с постели, подавшись навстречу Повелителю дроу.

Они застыли меньше чем в шаге друг от друга, в почти интимной близости. Будто возлюбленные, не решавшиеся на объятие после долгой разлуки.

— Повелительница людей, – Алья коснулся волос Навинии так, словно подчинялся едва сдерживаемой страсти, – знали бы вы, как долго я ждал нашей встречи.

Жесты, исполненные нежности и желания, низкий голос со сладостным придыханием, с мурлыкающей хрипотцой… Встреча двух любовников, но никак не тигра и лани, предназначенной ему на обед.

Только вот этот тигр прекрасно знал, как играть с обедом, прежде чем его съесть.

Особенно если это деликатес, о котором ты давно мечтал.

Интересно, что отражается в глазах принцессы сейчас? Что она ощутила, когда поняла, каково это – не иметь даже права голоса, быть послушной игрушкой, слугой чужой воли? Ведь это и правда кажется сценкой из кукольного театра: главные действующие лица посреди сцены, а остальные просто застыли поодаль, не вмешиваясь, в ожидании, пока не настанет их черёд повиноваться движениям нитей…

— Ваш благородный светлый принц уже поведал, за что я вас ненавижу? Или мне повторить мою печальную историю? – Дроу с издевательской бережностью заправил за ухо принцессы непослушную прядь, выбившуюся из-под серебряной сетки. – Жаль, вы не присутствовали, когда я расписывал ему, что собираюсь сделать с его невестой. Я был так красноречив… А ведь вы куда больше подходите на ту роль, что я готовил вашей сопернице. Когда-то между вами уже делали выбор, верно? И выбор был не в вашу пользу… но я предпочитаю вас. Несомненно. – Едва заметное движение головы: в нём угадывался насмешливый взгляд на Кристу, застывшую на постели. – Боюсь, не сумею повторить ту жаркую речь… Возможно, будет куда проще продемонстрировать всё это.