Книга Дифференцировать тьму, страница 139 – Евгения Сафонова

И возможно, последние два различия являлись причинами первого.

Потому что хороший друг – не тот, кто согласен с тобой во всём. Не тот, кто восторгается каждым твоим действием, и не тот, кто исступлённо поддерживает любые твои начинания. Хороший друг – тот, кто, оставаясь на твоей стороне, трезво оценивает тебя и все твои дела. Кто не побоится в решающий момент дать тебе затрещину, чтобы ты не сделал поворот не туда.

Даже зная, что на какое-то время ты возненавидишь его за это.

— Хочешь продолжения? Дальше будет тяжелее. Предупреждаю.

Я вздохнула:

— Хочу.

В глаза ударил яркий, слепящий свет, заставив зажмуриться. Солнце… от которого я успела отвыкнуть.

А потом я открыла глаза в городе эльфов.

Если каменные жилища дроу органично вписывались в то, что их окружало – жилища эльфов были частью окружения. Домами им служили деревья, живые и зелёные, раскинувшиеся под незабудковым небом, окружённые пестротой цветущих садов и огороженные плетнями – тоже живыми, похожими на ивовые. Стены каждого дома сплетали тысячи коричневых лоз, гибких и тонких, обвивавших двери и стеклянные окна, формируя два-три этажа. Лишь наверху, над крышей, они пушились листьями, маленькими и длинными, обращаясь в зелёные кроны.

Дома-деревья выстраивались в ровные ряды, меж которых пролегала широкая брусчатая дорога. Над иными дверьми виднелись пёстрые вывески. Мимо меня по дороге шествовали эльфы, высокие и златовласые, а рядом цокали лошади, понукаемые людьми, грохотали колёсами повозки и телеги…

Странный, поразительный симбиоз природы и урбанизма.

— Эльфийские города тоже впечатляли. – Я проводила взглядом одного из эльфов. Для меня все они были на одно лицо, как и дроу, однако этот щеголял тёмной шевелюрой, напомнив о Дэнимоне. Меня толпа явно не замечала, но тем не менее обходила стороной.

Впрочем, даже если я оставалась призраком-наблюдателем, – это ведь было не воспоминание, а сон по воспоминанию. Сон, который создали для меня.

А значит, в нём оставили место незначительным изменениям для моего комфорта.

— Они и сейчас такие, – откликнулся Акке. – В отличие от городов дроу.

Одеяния здешних эльфов куда больше походили на то, в чём я привыкла их представлять: длинные, летящие, напоминавшие приталенные туники. Женские доставали до земли как юбками, так и широкими рукавами; мужские подобным похвастаться не могли, но обрывались они чуть ниже колена, показывая узкие штаны и мягкие сапоги. Не чета обыденной куртке Дэнимона.

Впрочем, я мигом сообразила, что принц путешествовал инкогнито. И носить традиционные одежды, выставляя принадлежность к эльфам напоказ, не собирался.

— Впрочем, – добавил иллюранди, – они не всегда были такими.

— Почему?

Чернота. Всего на один миг.

После которого мир обратился в ад.

Я стояла на том же месте, на той же дороге, – а сады, дома-деревья и живые плетни пожирал огонь. Он был везде, яркий, рыжий, будто поток золотой воды, стремившейся в небо. Он жадно глодал лозы и зелень, траву и цветы, рассеивал мрак ночи и заволакивал небо клубами чёрного дыма…

По дороге метались эльфы. Бежали, волоча за собой детей, крича и плача, убегая от огненной смерти, отныне владевшей городом вместо них.

Я не чувствовала ни жара, ни запаха гари, но знала, что они чувствуют.