Книга Карнавал лжи, страница 185 – Евгения Сафонова

Таша оглянулась через плечо на просторный внутренний двор, озарённый светом сполохов колдовского жёлтого пламени, сиявшего в воздухе тут и там над пустыми жаровнями. Снег засыпал старую выщербленную брусчатку. Башни замка отвесно уходили ввысь с трёх сторон, оставляя проход с четвёртой. Здесь устраивали боевые тренировки членов Рассвета: поодаль грызлась друг с дружкой пара оборотней, ещё дальше в компании других колдунов стояли Алексас с Найджем, ожидая, пока Картер наспорится с каким-то эйрдалем.

Как им пояснили, этот двор был не единственным. Но именно его отдали в распоряжение новичков.

— Какие у тебя личины? – спросила Лайя.

Вопрос заставил Ташу опустить голову.

— Ланден и горная львица.

— А детская?

— Я её потеряла.

— Попадала в передрягу? – Женщина бесстрастно кивнула. – Начни с львицы. Я тоже когда-то стеснялась… привыкнешь.

Деревянными пальцами Таша потянулась к пуговицам на куртке.

…одно хорошо: здесь пахло снегом, а не сладкой цветочной гнилью.

Таша стягивала одежду, истово убеждая себя в том, что на неё никто не смотрит. В конце концов, оказавшись босиком на ледяной, присыпанной вытоптанным снегом брусчатке – не ощущая холода, не глядя по сторонам, не думая о том, чьи взгляды она чувствует на своей обнажённой спине, – швырнула штаны поверх той бесформенной кучи на земле, куда она свалила всё остальное.

Раз…

…два…

Среди разноцветной радуги, которой обернулся мир, в пурпурном облаке своего запаха к Таше двинулась фигура новоявленной наставницы.

— Неплохо. – Опустившись на корточки, женщина заглянула Таше в глаза. Бесцеремонно вскинула морду, посмотрела зубы, ощупала мышцы. – Худобу поправим, поднатаскаем, да ещё ритуал…

…в животном обличье людская речь всегда воспринималась немного странно. Сначала звериные уши слышали абстрактный набор звуков; потом человеческое сознание различало знакомые слова. А ещё животные обличья не терзали глупые человеческие переживания, – поэтому волны стеснения и стыда, накатывавшие на Ташу-человека, Таше-львице были неведомы.

В определённом плане Таша начинала понимать тех обитателей замка, что предпочитали пребывать в звериных ипостасях как можно дольше.

— Хорошо. Перекидывайся, – сказала Лайя, поднимаясь на ноги. – Хочу взглянуть на крылатую ипостась.

Ташу-ланден заставили сделать пару кругов над двором. Она взмыла вверх, растворяя тревоги в ощущении полёта, кружа напротив крыш самых низких замковых башен; пикируя обратно, ловя крыльями ветер, увидела, как внизу Картер что-то втолковывает предоставленным в его распоряжение колдунам.

— …поскольку противостоять нам будут сами Мастера, да ещё и Его Величество… Не забывайте – он тоже магистр… Наша задача…

Улететь бы от всего этого, думала Таша, чувствуя, как зимний ветер скользит сквозь перья, вымывая человеческие тревоги из хрупкого птичьего тельца. Плюнуть и улететь – обратно к Лив, к Арону, к башне звездочёта с чаем, пирожками и домашним уютом. К иллюзии детства, где нет ни Норманов, попавших в беду, ни спятивших амадэев, ни назревающей войны между нечистью и людьми.

Да только то, что ты зажмуришься, не заставит чудовищ под кроватью исчезнуть. Особенно когда они действительно там есть.

…что бы ни говорила Тальрин, Ташины чудовища настигнут её везде. И куда страшнее будут те чудовища, что родятся в её душе, если она сдастся. Бросит друзей в беде. Бросит королевство в беде – зная, что именно грозит отныне не только Норманам, но всем людям. Только вот что делать с теми, кого люди сами загнали в беду? С теми, кого люди Его Величества, явившись сюда, наверняка обрекут на смерть?..