Книга Заклинатели, страница 192 – Анастасия Андрианова

Мел взбешённо фыркнул.

— Не верю, что ты не можешь их достать! Старайся! Давай, Кемара!

Она снова сосредоточилась, склонившись над куклами. На лбу у Кемары выступила испарина.

Время тянулось, но Мел не решался поторопить Кемару. Наконец куклы в её руках шевельнулись, будто кто-то дёрнул невидимые нити, и фигурки Магистров застыли в напряжённых позах. Лицо Кемары взмокло от напряжения, но она победно улыбнулась.

— Я достать. Было трудно, так трудно. Теперь пробовать дальше. Но без волосков…

— Да слышал я, слышал! Давай скорее. Ещё немного, и отец уйдёт ни с чем.

Кемара кивнула и, взяв куклы поудобнее, зашептала быстрее. Её дыхание шевелило одежду и пух на голове кукол, и казалось, что они в самом деле живые.

— Давай скорее, – зашипел Мел.

Воздух в комнате будто уплотнился, стал душным и тягучим, готовым вот-вот затрещать от магии. Вокруг руки Кемары закружили прозрачно-серебристые вихри, но она всё шептала, закрыв глаза, и её голос стал глухим и хрипловатым. Наконец куклы вздрогнули, едва заметно засветились серебром, и Кемара пробормотала спёкшимися губами:

— Дотянулась.

Её лицо выглядело сильно уставшим, волосы прилипли к мокрым вискам. Мел заломил руки в нетерпении.

— Ну! Дальше! Пусть отведут отца к хранилищу магии! Или хотя бы расскажут, где оно.

— Мне надо отдохнуть.

Кемара в самом деле выглядела неважно, но она просила о чём-то совершенно невозможном. О каком отдыхе речь, если она только-только нащупала путь к волям Магистров? Если сейчас остановиться, то в чём был смысл этой попытки?

— Нет-нет, о чём ты? Связь же прервётся!

Кемара высокомерно взглянула на Мела.

— Ты ничего не знать о магии кукольников, Мелдиан. Связь не мочь прерваться, если кукольник не пожелать того. Я стать сильнее, чем раньше, но расстояние сильнее меня. К тому же ты кое-что забыть. Магистры не простолюдины. Я не могу управлять тобой или твоим отцом, потому что ваше колдовство не желать моего колдовства. Магистры не так могучи, как вы, но в их крови тоже есть магия. А магия не желать воздействие другой магии. Она не покоряться, и всё, что кукольник смочь сделать, это взывать к смертной сущности, к той части естества, что пока не напитана колдовством. Я никогда так не делать. Я… могу не мочь. Не получаться.

— Могу не мочь! – всплеснул руками Мел. – Уж мочь как-нибудь, Кемарушка! Ты ведь не хочешь умереть глупой птицей? Или я что-то путаю?

— Не становиться жесток, как твой отец, Мелдиан.

— Тогда, пожалуйста, поторопись.

Кемара положила куклы Магистров на покрывало и склонилась над ними, выводя руками одной ей ведомые узоры. Волосы девушки-сороки белым саваном закрывали от Мела кукол, и он нервничал ещё сильнее, боясь, что Кемара наколдует что-то не то. Хотя он и так был несведущ в магии кукольников, и любое её действо выглядело загадочно и совершенно непонятно.

Амулет-глаз на шее у Мела нагрелся от того, что он беспрерывно к нему обращался, заставляя безостановочно показывать то, что происходит в Авенуме.

Кемара зарычала от напряжения, её руки забила крупная дрожь.

— Я потратить много сил на Стаю, – призналась она, поворачивая лицо к Мелу. – Слишком много. Я не ожидать, что будет так.

Мел не понимал, что сейчас творится в городе: голосов он слышать не мог, а по выражению лиц Магистров ничего нельзя было понять.