Книга Сквозь топь и туман, страница 112 – Анастасия Андрианова

— Цела? Спрячься куда-нибудь, прошу.

Он успел заметить, как она мелко закивала и переползла подальше.

Илар схватил косу и уже разворачивался к Лыку, как почувствовал острую боль в бедре. Лыко метнул серп, и тот воткнулся Илару выше колена. По ноге потекла горячая кровь. Илар с рыком размахнулся, но Лыко обеими руками ухватил косу за древко. Перед лицом оказалась кривая ухмылка, залитая кровью.

— Что? Обиделся? Думал, только ты можешь кузнецову дочку мять? А я тоже попробовал. Тё-ёпленькая…

Илар резко ударил Лыка лбом в лоб. Чародей покачнулся, ослабил хватку, и этого оказалось достаточно, чтобы стряхнуть его руки с косы. Сердце грохотало в ушах, кровь распалилась как кузнечная печь, но мысли оставались предельно ясными – такое тоже бывало, когда приходилось отгонять упырей. Только с упырями вот так один на один драться не приходилось.

Размахнувшись, Илар хотел опустить лезвие на Лыко, но тот снова что-то сделал: полыхнуло алым, и коса раскалилась так, что стало больно держать. Илар всё равно не отпускал: чувствовал, как на ладонях вспухают ожоги, да и пусть. Заживут. А без оружия перед этим ублюдком он не останется.

Ничего не видя из-за алой вспышки, Илар вскрикнул и наугад опустил косу. Остриё вошло в землю, а к горлу Илара прижалось что-то холодное и до отвращения знакомое.

— Попался, сучёнок, – прохрипел Лыко прямо на ухо. – Думал, самый умный? Да ты только с пьяными мужиками можешь драться, деревенщина.

Илар зашипел сквозь стиснутые зубы. Коса оставалась в мягкой земле, но чтобы вырвать её, нужно было распрямиться во весь рост – и тогда серп легко вошёл бы в его горло. Мёртвым он не защитит Купаву, значит, нужно придумать что-то ещё.

Он с силой наступил пяткой на мысок Лыку, но тот лишь рассмеялся.

— Ты тяжёлый, но меня этим не запугать. Скажи-ка, а сестра у тебя такая же сладкая, как кузнецова дочка?

На миг Илар едва не подумал: если серп перережет горло, будет ли у него хоть миг, чтобы разрубить Лыка косой? Но вдруг серп сам собой выпал из руки, и Лыко осел на землю.

Илар моментально вырвался. Вновь под рубашку затекала кровь, и новый порез, кажется, был точно на месте старого. Лыко сидел на земле, держась за затылок, а сзади стояла Купава с кочергой в руках. Мокрые чёрные волосы растрепались, змеями легли на грудь – платье было порвано, и Илар отвёл глаза, когда понял, что смотрит на голую кожу. Щёки и глаза Купавы пылали, но некогда было любоваться. Через мгновение Лыко поднялся, рыча и отплёвываясь.

— Не хотите, значит, по-хорошему…

Он размахнулся и послал в кузницу сгусток алого пламени. Он попал в крышу, и та мгновенно занялась, несмотря на дождь. В небе загремело.

Купава успела отскочить, когда Лыко снова схватил серп и размахнулся. Илар наконец-то выдернул косу из земли; лезвие серпа в руке Лыка пылало алым, будто тоже стало сотканным из пламени. Илар присел, уворачиваясь от броска, и с силой ударил Лыко древком косы по рёбрам. Вскочил на ноги, размахнулся ещё, но Лыко ловко перекатился и снова ударил Илара серпом. Лезвие прошло по руке, вспарывая одежду и кожу, – удар ощутился совсем иначе, теперь боль была сильнее и жарче, а от острия посыпались искры, гаснущие на влажной земле. Илар вскрикнул. У него в груди стало тесно, будто сердце и лёгкие разбухли и распирали рёбра. Ладони и пальцы накалились, коса в руках задрожала, и её лезвие вдруг вспыхнуло красным.