Книга Сквозь топь и туман, страница 65 – Анастасия Андрианова

— Чародейского огня хватит.

Смородник украдкой посмотрел на неё, как показалось Мавне, с любопытством. Она поёжилась.

— Что, нежичка? Боишься?

— Боюсь, – призналась Мавна. – Но не оттого, что нежичка. Упыри придут – что делать будем?

Смородник разложил что-то из своего мешка и взял в руки котелок. Не поднимая глаз, произнёс:

— Тебя не пугает пламя?

— Н-нет.

— И с этим тоже Матушка Сенница разберётся.

Он поднялся, подошёл к ручью и черпнул воды. Соорудил из веток потолще подпорку для котелка, подвесил его над костром и накрошил в воду чего-то из маленьких мешочков, коробков и туесков. Мавна наблюдала.

— Что это?

От котелка тут же потянуло съестным.

— Нежички едят человеческую пищу?

— Уже спрашивал. Нежички, может, и не едят. А я – да.

Смородник добавил что-то ещё, из самого маленького коробка. Соль, как поняла Мавна.

— Сушёное удобно носить с собой, – пояснил он будто бы с неохотой. – Найти воду – и готов ужин.

Мавна поёрзала на мху. Хотелось поближе рассмотреть, что там у него такое. У них в деревне никогда ничего не сушили, погода не позволяла, да и Смородник вряд ли мог сам где-то высушить припасы: во всей округе царило влажное прохладное лето и ветреная холодная зима, куда уж тут.

— И что там у тебя?

Он помешал варево деревянной ложкой. Косички у висков колыхались прямо над котелком, и Мавна подумала, как отчитал бы её Илар, если бы она пришла в пекарскую с непокрытой головой. При мысли о брате в груди кольнуло. Как они там? Справилась ли Купава? Раз никто до сих пор за ней не примчался, значит, верно всё рассчитала. А теперь выходит, и зря затеяла: от владений болотного царя наверняка уже далеко ушли. Как его найти? И как Варде без своей шкурки? Мавна одёрнула себя: всё равно надо было уходить, чтоб не привлекать упырей и не давать чародеям повода оставаться дольше. А всё-таки тоскливо.

— Тут грибы, немного мяса, лук, морковь. Травы. Соль. Ничего необычного. Иногда беру рыбу или овощи подиковиннее. Если есть деньги. В общем… – Смородник хлебнул из ложки и посмотрел на Мавну поверх костра, – попробуешь, коль правда согласна.

— А мой мешок мне можно? – осторожно спросила Мавна.

Смородник обернулся, нашёл сзади себя вещи Мавны и перекинул ей. Поймать она не смогла, и мешок тяжело плюхнулся рядом на мох. Мавна тут же расширила горловину и запустила туда руки.

Покровители, хлеб! Булочки!

Хотелось всего и сразу, но Мавна сдержалась и достала только одну булочку с клюквенным вареньем. Смородник хмуро за ней следил, помешивая своё варево из сушёных порошков.

— И даже хлеб нежички едят? – хмыкнул он, сосредоточенно разглядывая содержимое своего котелка.

Мавна не ответила, набила рот сдобой так, что пришлось прикрыть ладонью, чтобы крошки не вываливались. Смородник черпнул варево, подул на ложку, попробовал немного и бросил быстрый недовольный взгляд на Мавнин мешок.

Смеркалось, и вместе с темнотой крепчал страх. Мавна отряхнула руки от крошек, вытерла их о мох и обхватила коленки, подтянутые к подбородку. В макушках деревьев прошелестел ветер, и казалось, что вот-вот к нему примешается упырячий вой.

— Своих боишься? – спросил Смородник, поднимаясь на ноги.

Мавна из упрямства ничего не ответила, только шмыгнула носом. От костра шло мощное тепло, как от огромной печки, и Мавна заметила, что веточки и не сгорали вовсе, пламя просто поселилось на них и горело само по себе, яркое и буйное, а вот дыма совсем не было, и над поляной разливался только аромат похлёбки. Довольно приятный, несмотря на странную сушёную снедь.