Книга Через пламя и ночь, страница 51 – Анастасия Андрианова

Она поднялась, отряхнула платье от травинок, на ходу погладила козла по голове. Достала из своего мешка кусок лепёшки, который райхи дали в дорогу, и порыскала в поисках хлебного ножика, но не нашла его. Наверное, Смородник так и забыл отдать. Или выкинул. Мавна выругалась. Она огляделась по сторонам. Чем бы порезать кожу? Наверняка у Смородника куча всего, но вряд ли удастся незаметно его ограбить. А спросонья вообще без разборок вдавит лицом в землю, заломит руки и назовёт нежичкой, как в прошлый раз. Нет уж, с такими вспыльчивыми лучше не связываться, пусть спит себе.

Мавна подняла с земли ветку и разломила так, чтобы заострился один конец. Закусив губу, процарапала кожу на руке до крови – получилось неважно, выступило только несколько капель. И больнее, чем острым ножом. Кое-как вымазав лепёшку в крови и прикрыв царапину листком, она отнесла угощение Варде и села рядом с ним.

— Держи. Чем богаты, как говорят.

Он поблагодарил её и сунул лепёшку в рот. Проглотил и улыбнулся.

— Я тебя не заслужил.

Он посмотрел на Мавну с такой теплотой, что она засмущалась. Венок очень шёл Варде, делал его лицо мягче и оттенял зелень глаз. Мавна неловко улыбнулась в ответ и вспомнила, что у неё в волосах тоже цветы.

— Да ладно тебе. Не хочу, чтобы при мне кто-то умирал.

Солнце припекало, у ног плескалась река, и Мавна вдруг с удивлением поняла: впервые за долгое, очень долгое время она не чувствует на сердце холодной тяжести и даже может улыбаться. Пусть опасения никуда не делись, пусть тревога скреблась в груди, но всё-таки что-то в ней переменилось.

Варде потянулся рукой к её волосам, склоняясь ближе. Мавна засмущалась: отодвинуться или нет? Но взгляд Варде вдруг метнулся в сторону и потемнел. Поджав губы, он отстранился и сел как раньше, глядя куда-то позади Мавны.

— Да вы продолжайте, – буркнул Смородник и обошёл их подальше, спустился к реке, черпнул воды котелком и стал усердно намывать руки. Мавна торопливо вытащила цветы из волос и положила на траву рядом с собой.

Варде поднялся на ноги, протянул Мавне руку, чтобы помочь встать. Венок он оставил на голове, и теперь Мавне почему-то стало неловко на него смотреть.

— Как шея? – Она повысила голос, чтобы Смородник её услышал.

Не оборачиваясь, он рассеянно провёл по подсохшему ожогу рукой и посмотрел на ладонь.

— Печёт немного.

Он размял плечи, потянулся и вернулся на берег. Мавна подметила, что движения всё равно были скованными и неуклюжими. Оставалось надеяться, что до самого Озёрья им больше не попадутся упыри, а угольки сделают своё дело, второй раз ведь на помощь райхи рассчитывать не приходилось.

Собрав веток, Смородник зажёг костёр, как обычно, стряхнув искры с пальцев. Молча устроил котелок с водой и накрошил свои сухие припасы. Мавне стало стыдно: она ведь могла бы сама позаботиться об обеде, а вместо этого просто сидела, плескалась в речке, плела венки и болтала с Варде.

— Нам же Ражд дал немного еды с собой, – виновато напомнила она. – Можно не варить эту твою… похлёбку.

Смородник молча достал из мешка лепёшки райхи и поломал их в котелок. Мавна раскрыла рот.

— Ты умом тронулся?! Хлеб в воду!

— Будет гуще.

Мавна поморщилась, представив, что за месиво придётся есть на обед. Ну хотя бы не впроголодь… Варде хмыкнул за спиной и прошёл мимо, тяжело опустился на траву около козла и почесал его между рогами. Мавна тоже села к козлу и обняла его за шею.