Книга Мертвецкий Круиз, страница 91 – Андрей Мельник

— Тогда жребий? — прикрыла она глаза и спокойно приняла мой аргумент к сведению.

Жребием стал Лакшит. Мы позвали его и велели выбрать одного из нас четверых, не объясняя сути выбора.

— Ну… Это сложна. Когда нет информаций, осень сложна. Ну, пускай это будет… Наташа… — сглотнул он слюну и засмущался.

— Эй, я видел, как ты ему подмигивала! — возмутился Роберто, который и сам пальцем на себя тыкал.

— Я не только подмигивала, — ухмыльнулась Наталья и, подойдя к Лакшиту, чмокнула его в щёку, отчего он совсем поплыл и растаял, как мороженое.

Мой телефон завибрировал, и я открыл пришедшее мне от Афины видео, на котором было видно, как сидящая позади нас в кресле Наталья демонстрирует удивительно пошлый знак индусу. Вот уж ни стыда, ни совести. Профессионал, что с неё ещё взять.

— А когда? — задал вопрос Лакшит удаляющейся на переговоры красавице.

— Индивидуальные тренировки? Когда доплывём до порта и место появится. Не переживай, я сделаю из тебя настоящего мужчину! — рассмеялась она, Лакшит засиял, а я ухмыльнулся.

Ну да… Было в её биографии упоминание подобного случая. Она тогда во время задания сделала настоящим мужчиной сына мэра одного зачуханного городка. Он визжал как свинья во время индивидуальной тренировки по боевому самбо. И как ни пытался выползти из тренировочного зала, не смог до самого конца тренировки. Даже потеря сознания ему не помогла. Нашатырный спирт вернул его в натуральный ад. Бедный Лакшит…

— Идём прикроем, — поднялись и мы, отправляясь вместе со своими отдохнувшими отрядами в сторону «бунтовщиков».

* * *

Стоя позади Натальи и наблюдая за ходом переговоров через экраны телефона и камеры, мы пытались хоть что-то услышать. Сама процедура переговоров выглядела довольно забавно. Подняли руки, показали, что они пустые, затем показали, что за поясом нет оружия, а затем демонстративно достали всё имеющееся оружие и положили рядом с собой. Наталья в этом плане выдала настоящий перфоманс. Сам не знаю, когда она успела запрятать в свою амуницию три ножа, мачете, один глок, нож-шпильку, нож-бабочку, раскладную дубинку… И в конце откуда-то совсем из района декольте вытащила просто лезвие бритвы. Я вообще такие только на родине видел…

Другие тоже выложили оружие, показав, что они желают говорить, а не воевать. И нам осталось только ждать. На переговоры прибыли лишь трое из четверых, последний занял место под потолком в конце коридора, неплохо слившись с тьмой. В его руках была штурмовая винтовка — крайне опасное оружие. Такая была лишь одна у них четверых. Не снайперская, конечно, но всё равно приятного мало. Бронежилет Наталью от выстрела, может быть, спасёт, а может, и нет. Смотря куда выстрел придётся.

— Сдвинься на три шага вправо. Тогда стрелку придётся стрелять через дверь вслепую, — дал я ей подсказку в наушник и продолжил внимательно слушать и наблюдать за происходящим.

В итоге через минуты четыре они начали собираться и в полной тишине разошлись. Драки, стрельбы и сражения не случилось, чему лично я был безумно рад. Наталья вошла в тренажёрный зал, где мы засели в качестве поддержки. Буквально тридцать секунд бега, и мы были бы в том самом коридоре, где и проходили переговоры.

— Ну что там? О чём договорились?

— Ну, они хотели с тобой пообщаться, но я сразу дала понять, что мы из одной группы и говоря со мной, они и с тобой общаются. Затем начали требовать. Много разного, на что я просто рассмеялась. Объяснила им, что они идиоты, из-за спецоперации уже погибло больше пяти тысяч человек, и если погибнет ещё пару сотен — это ничего не поменяет. Далее я назвала имена, фамилии и позывные их коллег по цеху, что умерли за этот день, и дала понять, что они вчетвером — последние. Требовать хоть что-то они не имеют права, но я готова говорить о том, чтобы их отпустили. Они взяли время на подумать. Условия простые — как только оказываемся у берега, они получают лодку и сваливают от нас.