Книга Повелитель гоблинов. Том 7, страница 32 – Евгений Лисицин, Андрей Мельник

— Коржик! Своих на помощь Шраму! Тут сами справимся! — прокричал я, видя, как тают жизни штурмового орочьего мяса.

Если врагу не придёт подкрепление, то победа уже у нас в кармане…

Друзья, выходим на ежедневную проду, но выходные теперь будут суббота и воскресенье. По другому просто не получается — голова с ума сходит.

Бой продолжался долгих двадцать минут. Ещё полчаса мы потом с факелами ходили и добивали раненых. Никто так и не захотел сдаться в плен… И пусть мы одержали грандиозную с военной точки зрения победу, это всё ещё были двадцать самых тяжёлых и кровавых минут в истории Матрассийска. И было бы намного кровавее, если бы я не перешёл на жезлы.

Сперва использовал жезл «Роста корней» Ламии, когда группа из пятнадцати вражеских орков прорвалась через наш строй и рванула в сторону лагеря Атари. Сто единиц маны ушли разом. Из-под земли вырвались толстые корни и опутали ноги бегущих. И вскоре они умерли на радость всем: копейщики Спартака хладнокровно добили обездвиженных.

Миори к тому моменту потратила большую часть маны и перешла на скромные выбросы огня, больше пугая орков, чем убивая. Каждый всполох пламени покупал нам несколько секунд и чью-то жизнь.

«Воздушный толчок» я использовал ещё четырежды. Дважды сбивал группы орков, мешая сформировать им подобие строя. Один раз оттолкнул варга, непонятно откуда прибежавшего без всадника, прежде чем тварь успела вцепиться зубами в подставившегося гоблина. Последний раз ускорил сам себя, чтобы добраться до раненого шкриняпа и оттащить его за линию битвы, поближе к Атари.

Переломным моментом стало мгновение, когда обгоревшая северная секция частокола, державшаяся на честном слове, полностью обвалилась внутрь и дала пространство оркам врага, придавив с десяток защитников.

Я кастанул сон, используя всю оставшуюся ману, на бегущих по деревянным брёвнам орков, и сразу же их добил Орочи. А после этого, захватив преимущество и оттащив раненых, защитники полностью вышли из поселения. Наши полсотни орков и гоблинов из обоза, подкреплённые бойцами Стрыга, ударили в самое сердце вражеского строя.

Орочи, к слову, я узнал сразу. По молоту, размалывающему черепа зеленошкурых злобных соплеменников.

Оставшиеся вражеские орки оказались зажаты с трёх сторон, но отступать или сдаваться не желали. Было видно, что для них смерть в бою почётнее всего. Дикие и упёртые, как бараны, они дрались за каждый метр, добавляя нам раненых и убитых с каждой секундой боя.

Когда последний вражеский орк молча рухнул лицом в землю, сжимая сломанный топор, над полем боя повисло мгновение тишины.

— Тушить пожар! — первым делом крикнул я, потому что огонь на частоколе перекинулся на ближайшие постройки и грозил сожрать половину Озёрного. — Орочи! Спартак! Надо помочь Шраму! Миори, займись поселением и ранеными.

Я быстро оценил ход битвы на последнем участке боя с помощью тактической карты и добавил:

— Со мной пятьдесят бойцов. Остальные — тушите огонь!

Матрассийцы переключились мгновенно. Часть бойцов следом за командирами помчалась за мной, другая, ещё минуту назад резавшая орков, побежала к озеру с вёдрами, корытами и всем, во что можно набрать воды.

Пока я добежал до Шрама, сбылось худшее… Всех врагов перебили. А я так и не получил достаточно опыта! Хотя уведомлений мелькало и автоматически исчезало с поля зрения много. Был там и опыт за командование, и за помощь в убийстве, и за сами убийства.