Книга Повелитель гоблинов. Том 8, страница 18 – Евгений Лисицин, Андрей Мельник

Мысленно активировал «Подчинение смерти» и направил свою ману на эту вундервафлю подземную. Двести пятьдесят маны ушли разом, погружаясь в жертву, выжигая остатки самостоятельности и заменяя их моей волей. Перстень-печать Командора лишь усилил нашу связь.

[Подчинение смерти прошло успешно! «Гробовщик» (ур. 25) находится под вашим контролем.]

Заклинание работало, контроль держался — регенерации маны хватало с запасом. Зеленоватое свечение в глазницах мертвеца сменилось голубоватым. Муравьи разжали жвалы и убежали к Коржику, стрекоча и жалуясь на ожоги. Пока некромант-призыватель медленно поднимался на ноги, я похлопал гроб, что он призывал…

Камень. И очень плотный. Тяжёлый и необычный. Хороший стройматериал! Даже без системной оценки могу с уверенностью сказать: его посчитают как минимум за редкий, а как максимум — за эпический материал! Ещё один скрытый плюс от гробовщика.

Змеюка даёт нам ткани, а этот — другой тип ресурса. Мне нравится складывающаяся тенденция!

Новый подчинённый тем временем уже застыл передо мной, ожидая приказа.

Я ухмыльнулся, глядя на него:

— Добро пожаловать на службу, гоблин.

Артефакт лежал на столе между двумя кувшинами вина и блюдом маринованных оливок. Небольшой диск из тёмного металла с выгравированной змеёй, кусающей собственный хвост. Змея мерцала золотом, и над ней дрожал воздух, формируя полупрозрачную картинку, которую два встретившихся для личных переговоров бога разглядывали с интересом разной степени увлечённости.

Дионис, казалось, врос в кресло, закинув ногу на подлокотник, и поддерживал кубок на животе, стараясь не расплескать. Тяжело представить, что такой, как он, может представлять из себя полноценного бога, но Дионис никогда не гнался за статусом и имел собственные представления о стиле.

— Это подземелье сколько ярусов включает? — с любопытством произнёс Гермес.

— Четыре. Как раз уже там, — отхлебнул вина Дионис и прищурился, разглядывая картинку. — Два дня возился с третьим ярусом… Кошмар! Я уж думал, он там зимовать решил. Наконец-то они взбодрились.

Гермес посмотрел на разворачивающуюся битву, задумчиво перекатывая между пальцами золотую монету. Она появлялась в его руках всякий раз, когда он о чём-то размышлял.

— Не думаю, что он просто так замедлил темп прохождения. Видимо, враги на третьем попались проблемные… — Гермес подбросил монету и поймал не глядя. — А ещё он распределял тех, кому в первую очередь необходимо получить опыт, отработать навыки командования. И это подземелье, насколько я знаю, очень масштабное. А твой избранный на удивление расчётливо относится к каждому шагу.

— Ты только что похвалил моего гоблина? — приподнял бровь Дионис. — За это стоит выпить!

— Я бы удивился, если бы ты сказал обратное, — позволил себе Гермес лёгкую усмешку.

В артефакте тем временем разворачивалась картина, от которой у любого разумного побежалибы мурашки. Финальный зал четвёртого яруса был огромен. Потолок терялся в темноте на высоте десятков метров, колонны повсюду, небольшой водный канал, позеленевший от времени, стены покрыты трещинами и влажным мхом, а в центре зала свернулась кольцами тварь, считавшаяся главным монстром этого подземелья.

Это была бронированная гигантская сколопендра тридцать пятого уровня и длиной в полсотни метров. Её тело состояло из десятков сегментов, покрытых тёмно-бурыми хитиновыми пластинами, каждая из которых была толще любого щита, что мог выковать самый искусный кузнец Матрассийска. Прочность хитина в разы превосходила тот, что давали муравьи. Сотни коротких ног шевелились, скребя по камню и перемещая её огромную тушу с невероятной для такой массивной твари скоростью.