Книга Срывая оковы, страница 34 – Андрей Мельник

— Доброй ночи, уважаемый. Говорят, вы тут безобразничаете?

— Доброй ночи, уважаемый. Говорят, вы тут безобразничаете? — Невидимый собеседник стоял за светящимся, словно маяк в порту, фонарём, наблюдая за моей реакцией.

Я закрыл бесполезные в данной ситуации глаза и уже через секунду открыл их в режиме магического зрения.

Ну, не совсем уж оборванцы конечно, но и не местная элита. Так, бандиты местные. Мафия.

Ещё один удар пришёлся мне в район рёбер.

— Когда к тебе обращаются, ты должен отвечать, свинья, понял! — один, второй, третий удар пытался пробить мою защиту. Я же размышлял что мне делать в этот момент. В идеале, мне необходимо сделать так, чтобы меня никто не трогал, с одной стороны, с другой, пока я не определюсь со своими следующими целями — чтобы местные верхушки не стали меня вербовать. А значит надо напугать бандосов, но не поубивать их. Иначе это точно привлечёт внимание.

— Тебя! *Хрясь* — Научу! *Хрясь* — Холодец жирный! *Хрясь* — Фу бля, Михо, я задолбался. Давай ты его попинай. Чё за блядский сукин сын попался.

— Да ты бить разучился, смотри как надо. — ответил мудаку его напарник. Один из пятерых, пришедших ко мне.

Моя же «группа» в этот момент частично рассосалась, частично прикинулась дохлым опоссумом. Даже похрапывала показательно. А ведь весь сыр-бор из-за талонов, которые я вам отдал. В принципе, чего я ещё от них ожидал.

Мудила с разбегу попытался пнуть меня берцем с металлическим носом, да, вот только я уже определился в своих действиях и схватил его ногу, потянул вверх, роняя говнюка на землю. Моментально привстать и плюхнуться на него всем весом, вкладывая в этот приём из реслинга скорость падения и вес. Результат — перелом ноги в районе колена. Приемлемо.

— Кабан.

— Чё бля? — мудаки вытащили заточки, бабочки ножи, один даже какую-то подделку на арбалет из инвентаря достал. — Стой сука! Гони талоны или нашпигуем железом!

— Меня зовут не свинья, меня зовут Кабан. И я… — стоило мне протянуть руку в сторону моего первого обидчика, до сих пор мини прожектором светивший мне в лицо, как в меня выстрелили этот тупой недоумок из своего арбалета.

Не то, чтобы я не мог среагировать. Но они при всём желании меня даже поцарапать не смогут.

Я опустил голову на грудь, из которой торчал хвост арбалетного болта.

— Но прежде чем сломать тебе ногу, хреносос, — я перевёл указательный палец в сторону стрелка, — я сломаю ему обе руки, которыми он так нежно держит своего деревянного дружка.

Я вырвал руками болт, погнул его, подкинул вверх и когда все взгляды были сосредоточены на нём в его высшей точке полёта, используя свою скорость, оказался позади стрелка и в пару мгновенных движений, вывернул в обратные стороны его руки. А арбалет спрятал.

Только раздался его крик, как я уже лоу-киком переламывал ногу в районе бедра, под громовой хруст и безупречный аккомпанемент орущего от боли трио.

— Передайте каждой твари, что все, кто подойдут ко мне без уважения, будут переломаны, как эти доходяги. Забирайте своих щенков и проваливайте. Я устал и хочу отдохнуть.

Только они собрались удирать, как всё это время, пялившийся со спины местный «страж» правопорядка прибыл вершить провосудие.

— Никому не двигаться! Что здесь происходит? Драки в лагере запрещены!