Книга Алекс. Безродный. Дилогия, страница 6 – Михаил Сазонов, Андрей Мельник

Так… Если они умелые, то это прискорбно.

Стоило им увидеть меня, как они, хоть и не синхронно, но двинулись в мою сторону. Отрабатывай они взаимодействие в строю, мне пришлось бы туго.

Благо я не стоял на месте, поэтому, когда тихо тренькнула тетива, стрела пролетела рядом со мной и с глухим стуком воткнулась в борт телеги. Пришлось отступать. Ловить стрелы я как-то не горел желанием.

Развернувшись, запрыгнул в телегу и спрятался за бортом. Там наткнулся на арбалет, который аккуратно стоял у стенки.

А, так этот щит вытаскивали, чтобы арбалет вытянуть? Как же жаль, что вы не успели, мудни кривозубые.

Выглянув и убедившись, что у меня ещё есть время и противники не торопятся ко мне приближаться, я взялся за арбалет. Всё просто. Двое увальней с щитами — не такая серьёзная угроза, как лучник за их спиной. Изначально я думал подпустить их поближе и попробовать метнуть топор или ещё чего… Но раз судьба мне подкинула специальное оружие, то почему бы и нет? Хороший арбалет. Не гнилой. Именной, судя по нанесённым краской на рукоятку инициалам.

Я взвёл арбалет, выглянул и тут же спрятался. Над моей макушкой просвистела стрела. Прикинув траекторию её полёта, я снова приподнялся с арбалетом наперевес. Поймал взглядом лучника и нажал на спусковой крюк. Я оказался быстрее. Стрелок ещё не успел натянуть тетиву, а арбалетный болт уже попал ему точно в грудь. Вот что значит опыт.

Эта технологическая древность, конечно, не так стара, как лук, но найти на Земле того, кто умело обращается с этим оружием, не так просто. Впрочем, в гильдии спецов самых разных хватало. Было у кого поучиться. Я в своё время много и с любовью изучал это оружие и практиковался. Даже на дело брал пару раз. Специфическая работа, специфическое оружие.

Стрела улетела куда-то в сторону, а сам стрелок под удивлённые взгляды обернувшихся воинов медленно осел на землю. Пока до них доходила информация, что поддержки у них, по сути, больше нет, я пригнулся и поднял щит. Всё-таки воин со щитом и без щита — большая разница.

Дальше… всё прошло скучно. Они уступали мне в навыках и силе, к тому же не умели нормально координироваться. Подрубив ноги одного, я, не торопясь, закончил со вторым. А потом… Отправился в лагерь. Нужно было убедиться, что там больше никого нет.

По следам на влажной земле, уходящим по направлению к лесу, и отсутствию двух лошадей я подтвердил, что остальные уже дали дёру. Ну, чего и следовало ожидать. На всякий случай обошёл все палатки. Мало ли, вдруг где-то заначка запрятана или трусишка какой сидит, трясётся в шатре.

Когда вернулся, мой потенциальный язык уже отрубился. Натёкшая под ним лужа крови «тонко» намекала о причине такой сонливости.

— Вот же кусок идиота, даже перевязать себя не додумался, — тихо бубнил я, перевязывая своего будущего гида и связывая ему руки за спиной. Да и сам хорош. Чего-то расслабился…

Только когда убедился, что раненый не сдохнет и не убежит, я отправился собирать трофеи, пока мой пленник в отключке.

Я оглянулся и посмотрел на разрушенный лагерь, задаваясь вопросом, как все до этого дошло? Это была далеко не первая смертельно опасная ситуация для меня. Уж сколько раз я ощущал смерть, витающую где-то рядом?

В юности не срослось повреждение, из-за чего юношеская олимпиада прошла мимо меня, хотя шанс попасть был так близок. Пять лет учебы, служба в армии, суровый отбор в отряд Альфа. Я выбрал свой путь. Пять лет службы среди лучших из лучших и ежедневный шанс встретиться с костлявой. Ранение во время операции по захвату заложников и первая улыбка смерти… В тот раз мы разошлись и я был выдернут с этого рандеву прямиком в госпиталь. Встреча со скромной красавицей медсестрой и жизнь наполнилась новыми красками… Отставка, скромная свадьба, вынужденная переквалификация и «спокойная» служба в родном городе, в отделе по борьбе с организованной преступностью. Живи, приноси пользу обществу, гордо смотри вперёд, пока… честь офицера не столкнётся с интересами слишком могущественных людей.