Книга Исповедь жертвы, страница 126 – Дебора Массон

Робби чувствовал себя глупо, даже просто подумав о том, чтобы задать следующий вопрос, сомневаясь, что кто-то из них вообще видел что-либо за каменными стенами, в которых они были заперты, но ничего другого ему не оставалось.

— Маловероятно, но, может, вы знаете, где могут быть ключи от двери?

Он обыскал все, включая Кейси, но безрезультатно.

Женщина кивнула; ее движение головой было преувеличенно бодрым, а тело выражало нетерпеливое желание, чтобы все это поскорее закончилось и она стала свободна.

— В его карманах. – Она бросилась к камере, отчаяние не давало ей стоять на месте. Казалось, ее взгляд прожигает объектив. – Когда он пришел за Льюисом, он положил их в карман.

Робби не стал ничего отвечать и просто опустил подбородок на грудь, стараясь не думать о Льюисе, висящем у него за спиной, теле, которое теперь он прикрыл, – зная, что ключей в кармане Кейси больше не было.

Его взгляд метнулся ко второй камере. Потому что Кейси наконец очнулся.

И он был единственным человеком, который мог открыть эту дверь.

Я прихожу в себя в залитом светом хранилище, где поначалу держал Дэнни. До того, как я позволил ему присоединиться к остальным. Меня усадили на стул, раздвинули и привязали ноги к его ножкам, и мои предплечья уже болят от того, насколько сильно их затянули за спиной. Когда я делаю попытку размять пальцы, я ощущаю в запястьях боль.

Неужто это все Робби? Или кто бы там ни вырубил меня шокером.

Я понятия не имею, как долго я пробыл без сознания. Но, судя по всему, достаточно, чтобы мои глаза привыкли к свету. Я поворачиваю голову, чтобы посмотреть налево, потом направо. Никого, только мигающая красная лампочка в углу, возле камеры. Какая ирония. Охотник сам стал жертвой.

И, я предполагаю, по ту сторону камеры теперь наблюдает за происходящим Робби. С моего ноутбука, который я уронил, казалось бы, всего несколько мгновений назад, когда он внезапно появился в моем убежище. С того самого, на который поступают видеопотоки и с других камер.

Вероятно, Робби уже пообщался с ними. Мне неприятно думать о том, что они могли наговорить ему, но, без сомнения, они все еще заперты, ожидают своей участи, потому что только я знаю, где ключи от двери.

Даже когда я думаю, что один, нахожусь под землей и нет никаких шансов, что меня раскрыли, я стараюсь действовать так, будто за мной может кто-то наблюдать; сказывается профессиональная деформация. Я убрал электрошокер в надежное место. Спрятал ключи. Чтобы быть уверенным, что ничто не помешает мне закончить начатое.

А это? (Я снова сгибаю пальцы, ощущая боль и что-то острое.) Это всего лишь незначительный сбой.

Словно читая мои мысли, Робби включает динамик. Мой напарник, всегда инстинктивно ощущающий, когда что-то идет не так.

— Прости, Кейси. Я не хочу причинять тебе боль. – Предан мне, даже сейчас. – Но ты должен сказать мне, где ключи.

Я смотрю прямо в камеру. Находиться на противоположном конце одной из них от Робби – странно. Для меня странно.

— Я ничего тебе не скажу, Бэтмен.

Между нами повисает тишина, пока я убираю запястья за спинку стула, прячу, чтобы их не было видно в камеру, – и снова ощупываю этот острый выступ, припоминая сломанные внутренности моей мебели. Я медленно провожу по ним веревкой и стараюсь не отрывать глаз от объектива, иначе он заметит. Но потом…