Книга Цвет ночи. Темная лазурь, страница 6 – Лера Виннер

Вопреки ее догадкам и логике, Дэн остался.

Вернувшись на рассвете, Эрика прежде всего сунулась в комнату, и немало удивилась, обнаружив щенка спящим. Он хмурился во сне, так и не разобранный рюкзак остался стоять в углу у двери, но он подчинился, а значит, одной проблемой у Смотрящей за ночь стало меньше.

Еще десяток, правда, в перспективе прибавился, но думать об этом, когда небо за окном уже сделалось светло-серым, она малодушно не хотела.

С глубоким отрезвляющим дневным сном все равно вышло плохо. В районе полудня она проснулась, услышав, что встала Лив. Краем мутного сознания отметив, что в целом, если не считать слабости, миссис Мердок в порядке, задремала снова, но основательно уснуть уже не смогла. Неясное внутреннее беспокойство не позволяло отключиться полностью, но в этой полусмерти-полудреме хотя бы невозможно было задумываться о чем-то основательно.

В том числе, и о том, что ни Зейна, ни его следов за остаток ночи разыскать так и не удалось.

Он словно растворился в этой ночи, снова пропал, и если в былые времена Эрика не могла найти его, обладая той особой чувствительностью, что может быть лишь у Творения к своему Создателю, сейчас об этом нечего было и мечтать.

Можно было, конечно же, поднять по такой своеобразной тревоге все городское Общество, кому-то непременно повезло бы.

Или не повезло, учитывая, что Безумным в Туманных Землях безосновательно не прозвали никого.

Он мог быть опасен, слишком опасен, и в таком случае, какое-то решение придется принимать.

Не то чтобы Эрика в себе сомневалась. Просто не позволяла себе забыть, что слишком многие вещи имеют свойство идти не по плану.

В гостиную она спустилась, как только на улице начало темнеть, и к немалому своему удивлению обнаружила там Дэна.

Пацан сидел на подлокотнике кресла, в котором расположилась Кэт, и чувствовал себя явно не в своей тарелке. На Эрику он посмотрел едва ли не как на свое спасение, но выручать его, отсылая наверх, та не собиралась.

— Выглядишь так, будто теперь у тебя бессонница.

— То же самое могу сказать и о тебе.

Лив подошла к ней первой, и Эрика, не церемонясь, поймала ее лицо за подбородок, вынудила приподнять голову.

Раны на шее практически затянулись, уже начали превращаться в два крошечных шрама по разные стороны от одного большого. Поверх пореза на руке был наложен бинт, но, судя по тому, с какой легкостью она двигалась, серьезных неудобств он ей тоже не причинял.

— Могла бы хотя бы для приличия соврать, что я отлично выгляжу.

Зато улыбка ее была бледной, как будто сон и правда не принес ей отдыха.

Эрика почувствовала, как от злости в горле встает ком.

— Ты…

— И не вздумай на меня орать. Среди местных ты успела прославиться своим горячим нравом, но на меня не смей.

Парадоксальным образом ее одновременно хотелось обнять и придушить, и настороженная силой собственных эмоций, Эрика предпочла сделать шаг назад.

— Если так, схожу узнаю, что еще говорят на улицах.

— Забудь, еще слишком рано.

Мердок незаметно возник рядом, ненавязчиво оказываясь между ней и Лив, и Эрика все же зло и коротко хмыкнула в ответ.

По молчаливому согласию, они все вели себя так, будто ничего не случилось, и задавать Лив неудобные вопросы казалось откровенно неуместным.

Милые дружеские посиделки, фактически репетиция Рождества.