Книга Цвет ночи. Темная лазурь, страница 68 – Лера Виннер

За десять минут его отсутствия спокойная, едва ли не благодушно настроенная Смотрящая впала в бешенство, от которого грозил наэлектризоваться воздух.

— И что я, по-твоему, должна с этим сделать? Поблагодарить тебя за великолепный результат?

Даже в порыве злости она понимала, что объективно поблагодарить бы следовало. В то время, как она сама недопустимо для Смотрящей растерялась, и вместо того, чтобы думать, творила немыслимые вещи, Зейн легко и непринужденно решил часть давно назревавших проблем.

И все же, он сам учил свое Творение не терпеть попыток загнать себя в угол.

— Нет.

— Тогда какого хрена ты лезешь туда, куда тебя не просят? Туда, где от тебя никто уже, нахрен, ничего не ждет, потому что ты не справился⁈

Это был удар по больному, по еще не зажившему, продиктованный в первую очередь желанием отыграться за то, какой стала для нее позапрошлая ночь.

Он мог остановить. Мог оттолкнуть.

Не отпускать, в конце концов…

Глаза Зейна потемнели за долю секунды, не предвещая ничего хорошего.

Ему явно было, что сказать, и вероятно, стоило бы выслушать, чтобы мысленно согласиться с каждым словом впоследствии. Но не сейчас и не вслух.

— Ты ведь не собираешься специально повторять мои ошибки? Если так, это очень хреновый план, потому что Смотрящей со стороны не простят того, что было позволительно мне после семидесяти лет правления.

Будь Эрика чуть меньше зла, она рассмеялась бы.

Именно так, как по нотам.

«Ты здесь никто, и с тем, что взяла на себя, ты справляешься хреново».

Только вот прозвучать это должно было гораздо раньше.

Продолжать можно было до бесконечности.

При других обстоятельствах она, вероятно, продолжила бы, но пульс подскочившего к ним ближе и снова замершего в нерешительности Дэна бился слишком сильно.

— Иди ты на хер.

Проще было закончить так, не портить хотя бы волчонку окончательно этот вечер.

Уже у двери до нее донеслось отчасти удивленное, отчасти вопросительное:

— Эрика!..

«На хер», — она повторила это мысленно, вызывая лифт.

Панель уже отсчитывала отделявшие ее от кабины этажи, когда она вспомнила, что забыла куртку, и решила, что хрен и с ней.

— Подожди, — Зейн почти выскочил вслед за ней, слишком широко распахнув дверь, как будто боялся не успеть.

Эрика посмотрела на свои ботинки, не оборачиваясь.

— Да черт возьми, не обязательно заставлять меня за тобой бежать! — в его голосе была растерянность, порожденная тем, что она могла просто уйти.

Зейн сильно, но не сжимая, схватил ее за предплечье, и Эрика согласилась в этот раз проиграть самой себе. Резко развернувшись, она сбила руку Зейна, толкнула его в противоположный угол.

— Я же просила никогда больше меня не трогать.

Дэн замер на пороге, переводя абсолютно шальной взгляд, который она чувствовала кожей, с одного на другую, и решая, что предпринять.

Зейн не двигался тоже, просто смотрел нечеловеческими черными глазами. Тяжело, так, будто пытался этим взглядом вынуть душу.

— Или что?

Ладонь вернулась на предплечье, едва ли не обожгла даже через ткань. Легла осторожно, вопреки интонации и взгляду, успокаивающе.

Эрика выпустила когти.

Ее рука мгновенно оказалась у горла Зейна. Так, что одно неловкое движение, и можно вспороть трахею. Достаточно просто не дать зажить…

Она молчала, всем своим видом предлагая убрать руки.