Книга Цвет ночи. Обжигающий неон, страница 42 – Лера Виннер

Теперь, когда он позволил себе приглядеться внимательнее и к залу, и к кабинету, оказалось, что Эрика практически ничего не поменяла, лишь чуть сместила под себя. Даже пароль от сейфового замка остался прежним. Это доверие на фоне их странных взаимоотношений казалось одновременно обескураживающим и обнадеживающим, заставляло возвращаться к самому неуместному, и вместе с тем, самому важному вопросу: что теперь?

Она занималась с ним любовью, как будто умирала, — с отчаянием и искренностью того, кто бросается в омут. Почему-то они уже во второй раз начинали так…

Зейн не обманывался мыслью о том, что они снова вместе.

Эрика спала с ним, делала вполне однозначные шаги навстречу, подчёркивала общность их интересов здесь и сейчас, но не была и не намеревалась быть с ним.

Всё ещё опьяненный произошедшим между ними, почти неприлично счастливый от того, что оказался допущен так близко, Зейн опустился на диван и посмотрел в потолок.

Даже радость от возвращения сюда не шла ни в какое сравнение с обладанием ею.

И все же он не понимал, как и что может предложить. И нужно ли.

Эрика очевидно предпочитала обходить три последних дня молчанием, делая вид, что это были бытовые мелочи.

В свою очередь, он соглашался с тем, что они оба, пребывая в подходящем настроении, просто поддались ностальгическому порыву. Настолько несущественному, что не грех и повторить.

И то и другое было насквозь фальшиво, и от этой фальши делалось то ли смешно, то ли жутко.

Близость накануне была почти запредельной. Так неожиданно выяснилось, что им не обязательно быть связанными кровью, чтобы друг друга понимать.

И все же говорить всерьёз они оба были пока не готовы.

Про себя это можно было назвать трусостью. Со стороны Эрики счесть смертельной обидой и разочарованием, превышающими физическое влечение, восприятие и даже память.

Так или иначе им обоим оставалось только делать вид, что ничего не случилось, и это было настолько по-человечески, что казалось почти новым.

От мыслей его отвлёк стук в дверь, в меру корректный, но достаточно настойчивый, чтобы отозваться сразу:

— Входи.

Айзек вошёл. Остановившись перед диваном, на котором он сидел, окинул внимательным, почти оценивающим взглядом.

Он держался независимо на грани вызова, как впрочем и всегда, но само его появление здесь и сейчас настораживало.

— Что? — Зейн дал ему посмотреть в волю, и только после чуть откинулся на спинку, давай понять, что не настроен выяснять что-либо

— Ничего, — Айзек хмыкнул, потер глаз, но садиться не стал, продолжил стоять перед ним. — Есть разговор. По поводу Джины и бара.

— Нет, — мгновенно став серьезным, Зейн поднялся, качнул головой. — Твоя Смотрящая и владелеца «Александрии» Эрика. Глобальные вопросы обсуждай с ней.

— Её безопасность гарантировал лично ты. Или это тоже изменилось?

Айзек начинал злиться, как готовый перейти в атаку подросток, и вот это было удивительно.

Несмотря на свою относительную молодость, он умел быть собранным, смертоносным и деловым. Раз за разом он доказывал, что является отличным организатором. Заслуживающим своего авторитета и доверия лидером. И, если вдуматься, достаточно серьёзной силой.

Зейн знал его озлобленным, недоверчивым, язвительным, но никогда — нерешительным.

Сейчас же он выглядел так, будто собирался защищаться, нападая. Так, будто готовился к этому разговору, хотя едва ли когда-то стеснялся начинать с незамысловатого: «Этот ебаный пиздец ты называешь порядком?» или чего-то близкого к тому.