Книга Серебряные нити Шардена. Пепел и тис, страница 222 – Мари Ларина

Эврен снова посмотрел на меня — долгим, испытующим взглядом, в котором сквозила та самая тень насмешки и раздражения, что он обычно приберегал для наших особенно опасных разговоров.

— Академия Шардена — не моя юрисдикция, Айлин, — мягко сказал он, но в голосе зазвенела сталь. — И разумеется, книги в запретной секции изолированы ото всех именно для безопасности студентов и обычных граждан. И если там действительно завелось что-то… теневое, то кому-то придётся за это отвечать. Теневая литература незаконна, то, что сохранилось в моей библиотеке — частная коллекция, и всё-таки я Магистр Тени, должна же быть у меня небольшая привелегия на этот счёт. А в Академии, если ты права, неизвестно, кто сохранил эти книги, и для чего, или, что может быть хуже — для кого. Но мне, к сожалению, ничего об этом неизвестно.

— Нам нужно туда попасть, — пройдя еще пару раз туда и обратно по маленькому балкончику, сухо отозвалась я, чувствуя, как жар стыда от неловкой ситуации постепенно уступает место осторожному азарту. — Если там что-то спрятали — возможно, мы это найдём. И, возможно, поймём, что всё-таки случилось с Лианой.

Эврен медлил с ответом, скользя взглядом по моему лицу. Минута, две, и потом он сам кивнул едва заметно.

— Хорошо. Но учти: туда мы идём одни, никого втягивать не будем. И если окажется, что ты не права и зря меня туда тащишь, Мирст…

Он не закончил, но и не нужно было. Я прекрасно знала, каким он может быть, когда зол.

— Согласна, — выдохнула я, ощущая, как голос слегка дрожит, хотя внешне я очень старалась держаться спокойно. Щёки всё ещё пылали огнём, но внутри уже бушевал другой жар — тот самый, когда мысли срываются с цепи, цепляясь друг за друга, обрастая домыслами, намёками, тенью паники от количества догадок. — Вернёмся к основному вопросу. Что насчёт кражи из архивов? — осторожно продолжила я, вставая обратно рядом с ним, от чего колени немного подогнулись. — Скажи честно… можно было попасть внутрь… скажем, снаружи? Не из-под земли?

Эврен замер, склонив голову. Он прищурился и не сразу ответил — будто намеренно давал мне почувствовать вес паузы, чтобы я засомневалась в адекватности своего вопроса.

— Снаружи? — эхом отозвался он наконец, по какой-то причине смещаясь чуть ближе, как будто между нами вдруг стало мало пространства. Я почувствовала еле ощутимое тепло его тела даже через плед, в который была укутана. Вот это да!

То не трогай меня без разрешения, то сам ко мне двигается!

— Нет, — продолжил он, опуская взгляд на мои губы, прежде чем вновь встретиться глазами со мной. Что за праховы эмоциональные качели? То ты на меня орёшь, что я тебя, видите ли, посмела схватить за руку, то вдруг пожираешь взглядом. Всё в порядке, дядя? — Башни… официально не существует. Никаких входов, кроме того, через который зашли мы. Никто с улицы туда не попадёт, если только ты не крот.

На долю секунды он задумался, чуть склонив голову, и угол его губ дрогнул, когда он посмотрел вдаль.

— Ну… или если только через канализацию, — лениво добавил он, словно произносил что-то настолько нелепое, что не стоило тратить на это даже секунду времени. А потом его глаза мигом расширились, взглянув на меня. И я, ахнув, замерла. Небо рухнуло на голову, мысли осветило яркой белой вспышкой, будто кто-то опрокинул в мозг лампу с керосином. И в эту же секунду чёрное полотно небес разорвала яркая молния, сопровождаемая невыносимо громким грохотом грома, который эхом, дрожью отозвался во всём моём теле.