Книга Светлая любовь Темного Лорда, страница 77 – Константин Фрес

Они обожгли мой разум белым пламенем, я едва не вскрикнула от радостного изумления. Темнейший избавлял меня от одежды, нетерпеливо дергая завязки, и не переставал меня целовать.

А в моих висках билась только одна мысль: неужто я ему предназначена?!

Это какой-то бред, ошибка, или Темнейшая чего-то не знает о мужчинах…

Но моим мыслям не суждено было прийти к какому-то логичному концу.

Обнаженная, я очутилась в постели Темнейшего, еще хранящей его тепло.

И сам он очутился рядом. Навалился всем телом, и я ощутила шелк его кожи под своими руками.

О, больше всего я боялась его рук! Тех самых, которые знали мое тело лучше меня самой. Тех, что умели ласкать так безжалостно, что хотелось кричать и умереть.

Которые властвовали над моим телом, гладили и исследовали каждый миллиметр моего тела!

Темнейший отстранился, рывком перевернул меня на живот, и его ладонь коварно проникла меж моих дрожащих ног.

Я закусила губу и уткнулась лицом в подушку.

Но его пальцы сжали мой затылок.

Потянули за волосы, принуждая мое лицо подняться.

— Нет, не смей молчать, — вкрадчиво произнес он. — Я хочу слышать тебя. Я хочу, чтоб ты умоляла меня.

— Умоляла о чем?! — в страхе вскрикнула я.

— Это ты сама решишь, — ответил он.

И, склонившись, больно куснул меня в плечо с темной, неукротимой хищностью.

Его рука, лежащая меж моих дрожащих бедер, неторопливо двинулась, делая мне хорошо, очень хорошо.

А его рот, приникая к моей пылающей коже, то одаривал меня жадными поцелуями, то рисовал алый узор острыми и внезапными укусами.

Дрожа в его руках, я все сильнее выгибалась, словно тугой лук, потому что Темнейший крепко удерживал мои волосы. То погружаясь в горячее, все нарастающее наслаждение, то вскрикивая от острой быстрой боли от укуса, я томно извивалась, стараясь приникнуть к ласкающей меня руке и получить желаемое.

Но Темнейший не спешил.

Близость с ним была темной, пугающей и порочной.

Я не знала, каковой она бывает, но то, что делал со мной он, терзала мои нервы. Я была словно жертва палача, и каждое действие отдавалось в моем разуме оглушительно и ярко, как вспышка всепожирающего пламени.

Скоро и укусы перестали отгонять разрастающееся, горячее желание, от которого мои бедра стали влажными и обжигающе-горячими.

Дрожа каждой мышцей, вопя от потока пугающих меня ощущений, я старалась плотнее прижаться к его ладони. И пот горячими каплями выступал на моей обнаженной коже.

Темнейший покорил меня.

Словно строптивую лошадь заставил быть покорной и следовать велениям его рук.

Да, я была его рабыней, его служанкой, его собственностью. И в этот миг я наслаждалась тем, что принадлежу ему. И желала стать его настолько, насколько только возможно.

Поэтому первую боль пережила, не двинувшись, раскрывшись, словно цветок.

Лишь протяжно застонала, чувствуя, как он заполняет мое тело.

Полное обладание.

Полное подчинение.

— Моя, — рыкнул он. Его ладонь сжала мое дрожащее горло, и первый толчок был жестким, болезненным и острым. — Ты вся моя. Только моя. Навсегда. Поняла?

— Да, господин, — хрипнула я.

— Не слышу.

Он наградил — или наказал? — меня несколькими сильными толчками.

Страх вперемежку с удовольствием прокатились по моему телу. И все происходящее еще больше стало похоже на темный, бессовестный и развратный ритуал.