Книга Эльфирская академия магии 2, страница 41 – Мелина Боярова

— Как-нибудь в другой раз, тана Меллахин, — принц окатил эльфирку презрительным взглядом. — Сегодня меня устроит компания личной ученицы, лиеры Таурелии.

— Что? — Луинсиль вытаращилась на меня, как на всемирное зло. — Вилин? Адептка Вилин ваша личная ученица?

— Мне долго ждать? — выплеснул на остроухую тонну высокомерия. — Я вроде ясно выразился. Или повторить на эльфийском?

Луинсиль поникла, молча сгребла тетрадки в кучу и поплелась вниз. Плюхнувшись рядом с Габброном, швырнула вещи и вперилась глазами в стол, постепенно покрываясь красными пятнами. Зельд оторопел от такого поворота событий и бросил на меня выразительный взгляд, а я виновато вздохнула и пожала плечами. Выбора у меня не оставалось, кроме как занять место остроухой и молиться Рааду, чтобы этот балаган побыстрее закончился.

Разумеется, тана Альмарей пожелала выяснить, чему я уже научилась. От ее приторного тона тошнило. В изящной манере, как только она умеет, попыталась размазать меня тонким слоем. Однако Верион вмешался, небрежно заметив, что вопросы не соответствуют пройденным на парах темам. Я попросту не могу знать того, чему меня еще не научили. Ну а материал прошлых занятий я наизусть вызубрила и отвечала уверенно. Заринея даже на похвалу расщедрилась, но такую, больше адресованную Его высочеству.

После опроса по домашнему заданию, эльфирка перешла к новой теме. Я внимательно конспектировала, непроизвольно отмечая, что в присутствии принца тана Альмарей подает материал более понятным языком. Или я постепенно вникаю в предмет и потому он уже не кажется таким сложным?

Но своим появлением наследник подложил мне дохлого зарша размером с эргала. Эльфирка меня сожрет, если только выяснится, что я больше не ученица Вериона. С Луинсиль и без того не сложились отношения, а теперь, похоже, она считала меня кровным врагом. Остроухая даже не шелохнулась, так и сидела каменным изваянием, уткнувшись в тетрадку. Девчонку низвергли с пьедестала. Ни кукольная внешность, ни древняя родословная не помогли, когда принц парой фраз размазал ее тонким слоем.

Вероятно, такую расправу над соперниками имел в виду Таэлос, когда говорил, что некоторых эльфиров необязательно уничтожать физически. Потеря статуса и уважения в глазах окружающих для них страшнее смерти. Но для меня первый способ надежнее. Нет никого хуже, чем затаившийся раненый зверь, которому нечего терять.

— И что дальше? — после занятия Верион придержал меня за руку, а Акхар переместился за спину, пресекая попытку к бегству. — Вы на каждую пару намерены меня сопровождать?

— Если потребуется, — наследник упрямо поджал губы.

— Как вам будет угодно! — пожала плечами. — «История империи» по расписанию в другой аудитории. Идемте, если не желаете опоздать.

— Таурелия! — процедил принц. — Перестань уже выкать.

— Как можно, Ваше высочество? Вы так убедительно доказали, какая между нами пропасть.

Парень скрипнул зубами, затем резко придвинулся, вынуждая отпрянуть и упереться спиной в замершего позади металлического истукана. Верион наклонился так близко, что я ощутила ветерок дыхания на щеке. Он почти касался меня кончиком носа, губами. Но я упрямо смотрела в сторону, еле сдерживаясь, чтобы врезать нахалу и остудить дурную голову.

— Таурелия, я сам себя ненавижу за те слова, — разгоряченный шепот опалил кожу. — Я не понимаю, что происходит. Не могу думать ни о ком, кроме тебя. Не контролирую эмоции рядом с тобой. Ты так умопомрачительно пахнешь, что я теряю голову, — погладил пальцами по другой щеке и мягко развернул мое лицо к себе. — Дай шанс все исправить. Пожалуйста! Прости. Я сожалею, что сорвался. Мне больно видеть тебя с другим. Я не хочу принуждать, потому что холод в твоих глазах невыносим. Пусть хотя бы будет как прежде?