Книга Бывший. (не) забытая невеста императора-дракона, страница 65 – Мария Минц

Неужели, это…

На секунду, мне показалось, что это какое-то наваждение. Но нет... Это и правда были они!

Передо мной была стопка старых пожелтевших писем, аккуратно перевязанных бечёвкой. Осторожно, стараясь даже не дышать, чтобы не спугнуть наваждение, я погладила самое верхнее. На секунду показалось, что сейчас всё рассыплется в прах, но вместо этого ладонь просто ощутила шершавую поверхность хрупкой от времени бумаги.

Сердце бешено колотилось, а в ушах стучали серебряные колокольчики.

Это были мои письма! Я даже вспомнила, когда писала самое верхнее из них: сидя у окна, безжизненно привалившись лбом к ледяному стеклу и глотая слёзы.

Ноги подкосились, и я безвольно опустилась на колени, отчаянно хватаясь за край ящика. Не выдержав, я очень осторожно извлекла всю пачку, бережно положила на пол рядом с собой. Взялась за край бечёвки, чтобы развязать, и вдруг замерла.

Что-то было неправильным. Что-то в виде верхнего письма смутило меня, и, наклонившись над ними пониже, я поняла, что.

Оно было составлено из множества мелких кусочков, которые потом аккуратно склеили при помощи магии. На первый взгляд, это было как будто бы совсем незаметно, но, если прищуриться и слегка наклонить голову, в глаза бросались тончайшие нитевидные линии, испещрившие поверхность письма. Именно от них слабо тянуло магией.

Я недоумённо тряхнула волосами. Кому и зачем понадобилось рвать письма, а потом ещё и склеивать их? Неужели — тут у меня сердце сделало кувырок — это был Антэро? Но почему?

Но все размышления на эту тему разом оборвались, сметённые бешеной волной воспоминаний, резко нахлынувших на меня при виде всей этой стопки. Давясь обжигающими горло слезами, я бережно, с величайшей осторожностью, распустила узел бечёвки и принялась доставать из стопки одно письмо за одним, дрожащими пальцами гладя каждое, как вернувшегося домой котёнка.

И каждое, абсолютно каждое, было склеено из мелких обрывков уже знакомым мне образом.

Все эти письма я написала Антэро после того ужасного дня, когда он не явился на нашу свадьбу. Вот первое…

Я подняла с пола пожелтевший конверт и замерла, не в силах оторвать от него взгляд. Вскрывать его, чтобы перечитать не было никакой нужды — даже сейчас, спустя столько времени, я помнила каждое слово, что там было написано.

“Я так долго ждала тебя там, на ступенях дворца. Умоляю, скажи мне, что у тебя была действительно важная причина так со мной поступить! Я буду верить в это, ведь иначе всё в моей жизни теряет смысл. Пожалуйста, помни, что я очень люблю тебя, Антэро…”

Письмо это было совсем коротким. Отправив его, я с замиранием сердца — и, в то же время, с нетерпением ждала ответа. Верила, что Винтер всё-всё объяснит мне, что мы вновь встретимся, и всё будет, как и прежде.

Но дни шли, а ответа всё не было.

В какой-то момент я отчаялась настолько, что бросила любые попытки связаться с Антэро. Помню как меня даже накрыло мимолетная мысль, что, быть может, до Антэро мои письма даже не доходят…

А теперь, спустя два года я нашла их у него в столе. Все без исключения.

Но тогда почему он не отвечал на них? Почему никак не дал о себе знать?

За событиями последних дней, болезненные воспоминания двухлетней давности несколько притупились. Но сейчас снова вспыхнули с новой силой. Сердце защемило, на глаза навернулись слезы.