Книга Секреты и печати. Нарисуй мне судьбу, страница 124 – Ирина Ваганова

— Кто подчинил? Вы нашли этого негодяя.

— Увы, это не представляется возможным. Колдун действовал подспудно, Жак Полл не может ни описать его внешность, ни назвать имя.

— То есть, вы не знаете организатора и вдохновителя преступления.

— Увы, граф, — Творкаль беспомощно развёл руками, — Так часто бывает. Мы судим и наказываем того, чьими руками совершено злодейство. Заказчик при этом остаётся в стороне и наблюдает за нашими потугами.

— А как же: ищи, кому выгодно? Разве вы не рассматриваете события с этой точки зрения?

— И кому выгодна смерть графа Конни, по-вашему?

— Изготовителю фальшивого завещания. Разве нет?

— Надеюсь, у вас есть конкретное имя, ваша милость.

— Делес Леви.

— Хм… Я слышал о нём от Шныка. Мой коллега подозревает, что упомянутый художник рисует поддельные документы, но не сумел поймать его на этом. Но даже если это и так, вряд ли мы от него узнаем имя главного интересанта.

— Он сам и есть интересант. Точнее, его дочь.

— Маэлиса Леви? — Творкаль удивлённо вытаращил глаза и покачал головой: — Мне показалось, что вы увлечены этой девушкой. Начальство в связи с этим запретило Шныку проводить повторный обыск в мастерской её отца.

— Да, — я печально вздохнул, — я действительно симпатизирую леди Леви, но не в том смысле… То есть… — запутавшись, я замолчал. Лейтенант, не отводя от меня внимательного взгляда, терпеливо ждал дальнейших признаний. Пришлось продолжать: — Я почти уверен, что Маэлиса моя единокровная сестра.

Творкаль схватился за голову, яростно потёр виски, после чего спросил:

— Вы полагаете, что господин Леви воспитал приёмную дочь, а теперь решил получить за это плату, отняв у законного сына всё имущество?

— Я этого не исключаю.

Следователь встал и начал метаться из угла в угол, делая пару шагов в одну, а потом столько же в другую сторону.

— Вы, граф, переворачиваете всё с ног на голову! Мы даже не думали рассматривать дело об отравлении под таким углом.

— Допросите Делеса Леви, применив нужные артефакты. Велика вероятность, что он сознается.

Творкаль на секунду замер, потом кивнул мне и выскочил из кабинета. Оставшись в одиночестве, я стал сомневаться, что поступил правильно. Если я ошибся? Мне очень хотелось ошибаться, чтобы я мог называть Маэлису возлюбленной, а не сестрой. Но в таком случае, я всё испортил! Мэй не простит мне моего поступка.

Я вскочил, чтобы догнать лейтенанта, и столкнулся с Творкалем в дверях.

— Что случилось, граф? — ловко отшатнулся он.

— Это ведь… Может быть не нужно действовать в лоб. Вдруг моё предположение…

— Я всё понял. Присядьте. Давайте рассуждать спокойно.

— Давайте, — я послушно вернулся в кресло.

— Распоряжение я уже отдал. Как только стражи найдут художника, они доставят его сюда. Обещаю, что буду беседовать с ним аккуратно и не стану упоминать вашего имени.

— Благодарю.

— Но вот в чём проблема, — Творкаль снова потёр виски, — если ваше подозрение не подтвердится и допрос не даст результатов, мы не сможем выявить настоящего заказчика. Единственным, кто понесёт наказание, будет Жак Полл, хотя мы уверены, что действовал он под мороком.

— Позвольте мне поговорить с ним!

Следователь скептически хмыкнул:

— Полагаете, что увидев сына отравленного им хозяина, преступник расчувствуется и назовёт имя колдуна, который его одурачил? Увы, мы основательно просканировали память несчастного, там пусто.