Книга Секреты и печати. Нарисуй мне судьбу, страница 25 – Ирина Ваганова

— Ой! — всплеснула руками девушка. — Просто восторг. Эта даже лучше, эффектнее. Как я сама её не заметила?

— Чтобы выбрать из множества что-то одно, требуется навык.

— А как вы думаете, они собирались возвращаться за этой картиной, чтобы приобрести для себя?

— Не исключаю такой возможности, — схитрила я.

— Тогда заверните! Я беру. Сколько стоит?

Удивительно, что покупательница сначала заявила о намерениях, спросив цену позже. Я, разумеется, не стала скромничать. Ваши знакомые заплатили шесть серебрушек, но вам я готова уступить за пять.

— Нет-нет! — Клиентка суетливо достала из сумочки кошелёк. — Я дам столько же.

Торговый день начинался удачно.

Только-только я проводила завистливую леди и занялась другими посетителями, как в «Долину уюта» вошла знакомая рыженькая фермерша. Она проскользнула через выставочный зал и скрылась за зеркальной дверью. Я ожидала, что девушка вернётся из папиной мастерской с упакованным портретом, но свёртка в руках Петры с фермы Вилавирра Уолш не оказалась. Спрашивать было неловко. Предположила, что отец пишет миниатюрные портреты, которые удобно носить в сумке, либо даже такие, что прячут в медальон.

Яркая клиентка полюбовалась выставленной живописью и, когда другие посетительницы ушли, обратилась ко мне с необычной просьбой. Я даже растерялась, услышав её. Фермерша наладила домашнее производство натуральных напитков и мечтала о том, чтобы их красиво презентовать. Ей требовался эскиз этикетки. В подтверждение своих слов, Петра вручила мне бутылку картага, сказав, что начать оформление в едином стиле хочет с самого дорогого напитка, чтобы им заинтересовались рестораны и другие статусные заведения.

Предложение такого сотрудничества показалось мне интересным. Я немного сомневалась, смогу ли учесть все требования к живописи такого рода, привлечь, а не оттолкнуть покупателей. Я пообещала Петре подумать и сделать наброски, а про себя решила посоветоваться с отцом. Он рассказывал мне, что не имел учителей, а рисовать начал на улице, малюя вывески для начинающих торговцев. Конечно, этикетки на бутылках с элитным картагом — это не совсем то, но как привлечь внимание, папа должен представлять.

За ужином отец выглядел таким довольным, что я не решилась портить ему настроение рассказом о шпионаже, который затеял Хомяк. Жульена, накрыв на стол, спросила разрешения уйти раньше и, прощаясь со мной, опять умоляюще прижала руки к пышной груди, состроила жалостливые, едва не слезящиеся глаза и заныла:

— Леди Маэлиса, пощадите! Мне нужна эта работа.

Я не ответила, проводила до чёрной лестницы, убедилась, что шпионка ушла, и активировала защитные артефакты. Приняла решение пока оставить всё как есть, но наблюдать за Хомяком с неусыпным вниманием.

За ужином стала расспрашивать отца о том, как устроена реклама.

— Зачем тебе это? — удивился он, отправляя в рот нежный кусок тушёного кроличьего мяса.

— Мне заказали сделать эскизы этикеток для домашнего картага. Фермерша утверждает, что у неё качественная продукция, и даже оставила нам бутылку на пробу.

— Так чего же ты молчишь! — ещё больше развеселился папа. — Давай скорее сюда, оценим, что за продукт нужно рекламировать.

— М-м-м… — растерялась я. — Разве у нас праздник?

— Праздник — не праздник, а повод есть!