Книга Проклятие Золотого города, страница 212 – Тай Хоу

Его терпение подходило к концу, и следовало показать этим людям, где их место. Один готов был пожертвовать жизнью ради свободы, другой же стремился поскорее умереть в неволе… Что с ними обоими было не так?

* * *

Когда Яо Линь вернулся на постоялый двор, он вошел к себе в комнату, даже не поинтересовавшись делами «Белого Журавля». Сяо Ши это немало удивило, и он последовал за господином. Яо Линь наконец-то смог снять с себя одежду чиновника. От одного только взгляда на серебряную вышивку его перекосило. Мерзко. Он отшвырнул одежды в сторону и остался в одном исподнем, оголив грудь. Она странно болела. Сердце так громко стучало внутри.

Тук-тук. Тук-тук.

Оно билось прямо о грудную клетку, будто пытаясь сломать ребра и выбраться наружу. Невыносимо больно. Распустив пучок, в который были собраны волосы под футоу, он прислонился к кровати и случайно ударился о спинку головой. Судорожно вздохнул. Место удара неприятно заныло, но Яо Линь почувствовал облегчение.

В таком виде его и застал слуга.

— Господин! – Сяо Ши заметил перебинтованную руку и ахнул.

Яо Линь тоже вспомнил о порезах, но его куда больше волновали черные ленты, принадлежавшие этому… псу Юню. Он резко сдернул ткань, и рана открылась. Хлынула кровь.

Сяо Ши быстро сбегал за водой на кухню и принес бинты.

— Вы поранились? Это Юнь Шэнли сделал?! Дагэ разорвет его на куски, когда узнает! Нет! Я сам это сделаю! – Сяо Ши закатал рукава, готовый броситься на врага хоть сейчас. Но его взгляд вдруг зацепился за запястье господина, точнее, за то, что выделялось на коже алым пятном. Сяо Ши стал белым как снег. – Господин… Это же…

— Сяо Ши. – Яо Линь схватил его за руку. Слуга обернулся и увидел в глазах своего господина давно погасший огонь. Огонь безумия. – Давай преподнесем главе Ведомства подарок!

Слуга сглотнул, узнавая этот взгляд.

Если собственная боль приносила облегчение, то чужая подарит наслаждение.

Следующие дни в Ведомстве царил такой покой, которого не было со времен, когда расследованиями заведовал Чжи Хань и все дела закрывал по щелчку пальцев. А все потому, что глава Юнь напоминал даоса, ушедшего в глубокую медитацию, – иными словами, он вообще не выходил из кабинета. Спустя пару дней бесконечная гора дел наконец-то начала уменьшаться, и подписанные документы с отчетами собирались на столе главы все быстрее. Яо Линь так больше и не появился в Ведомстве, казалось полностью позабыв о чиновнике Цае и своем обещании спасти его, Юнь Шэнли же было не до этого. Он успевал лишь дойти до своего поместья, снять одежду и, даже не искупавшись, тут же ложился спать. Чтобы на рассвете проснуться и снова вернуться к бумагам, документам, заверениям, подписям…

Лекари тем временем продолжали изучать отравленных ядом Бисянь, но пока могли только облегчить боль пострадавших. Поиском образца самого яда активно занимались как и работники столицы, так и многие чиновники из других округов и провинций. Пытались даже вывести яд из небольшого количества крови больных, но тщетно. Тех, кто работал в шахтах недавно и получил не очень тяжелые ранения и отравления, уже отпустили, вернув домой, к семьям, которые уже их «похоронили».

Расписывая очередное дело, глава Ведомства не заметил, как в комнату зашел кто-то еще.