Книга Главный герой становится Злодеем, страница 166 – Ли Лит

Ан Ханьсюй должен сохранить крохи светлого благодаря Сяохуа, которая всегда находилась рядом с ним и подставляла руку, когда тот спотыкался.

Всё изменилось. Сяохуа пала жертвой Сяотин, которая в оригинале нарвалась на неприятности и не дожила до дня обряда Верховного Владыки; Ан Ханьсюй увлёкся избалованной с горы и благодаря этому отвлёкся от мрака.

Вместо развития подчинения разума — Божественный яд.

Изменения рухнули на роли, события, развитие героев. Но сюжет, к удивлению, сбивался от исходного не сильно. Небольшие отклонения не более.

Сюжет приближался к главному событию. Если главный герой — Ан Ханьсюй — выживет, то в своей жизни Хуа Линь сомневалась. Она заняла две роли сразу: главную — Сяохуа, и вторично-главную — та, что навлекла на себя гнев главного злодея.

«Из главного героя в злодея. Такой переход меня не устраивает. Но похоже этого не избежать».

«На долю секунду Хуа Линь пересеклась взглядом с вспыхнувшим синим пламенем глаз». * * *

— При всей красоте чувствуется напряжение, — вздохнул А-Лай. Ещё минуту назад он с открытым ртом смотрел на красочное небо, а сейчас вернулся к невозмутимости.

— Стоило ожидать, — тихо проговорил Фу Цуй.

Серое небо возвращалось в своё спокойствие. Яркие краски рассеивались.

— Неожиданно, — прогрохотал старейшина Ань. — А Вы, глава Чжу, умеете людей в заблуждение вводить. Сказали, что ничего не будет, а на деле.

— Главу Чжу и правда удивил, — продержала Чжи Лань.

— И слова не звучало, что ничего не будет, — проворчал старейшина Лю.

— Это ещё один ваш талантливый ученик? — Хун Е всматривался в ровную спину.

Хуа Линь хмыкнула.

— Это про тебя, — она весело взглянула на А-Лая, который немного склонил голову и выразительно посмотрел на неё.

Тихо рассмеявшись, Хуа Линь повернулась. Сотни взглядов сбивали, натягивали до предела нервы.

— Праздник закончился, — вздохнула тихо Хуа Линь, направляясь к людям.

— Я пойду, — А-Лай сполна израсходовал предел нахождения в людном месте.

Фу Цуй кивнул ему и проследовал за Хуа Линь.

Старейшина Ань расправил плечи и с высоты взглянул на неё, Чжи Лань со скрытым подозрением следила, Хун Е с интересом смотрел. Один Чжу Сюй смотрел с присущем ему холодом.

— Ты ученицы главы? — с улыбкой спросила Чжи Лань.

Хуа Линь взмахнула рукой с крученной искрящейся плетью и заложила руки за спину.

— Думаю вся красота залог проделанной большой работы главы и, конечно, неотъемлемая часть его ученицы, — ласково рассмеялась Чжи Лань, скрывая гнев и рвущуюся наружу злость.

Старейшина Ань кивнул, погладив коротенькую серую бороду.

— Это же Хуа Линь, — пронеслось со стороны учеников школы Сяофэн, привлекая внимание Чжи Лань и старейшины Ань.

Хуа Линь с легкой улыбкой на губах смотрела на гостей перед собой, остановилась в начале рядов учеников, приметив Ли Гаошуана, Чао Юэ и Ци Цюаня.

— К старшим нужно проявлять уважение, — во взгляде Чжи Лань вспыхнул гнев, а лицо сохраняло доброжелательность.

Хуа Линь приподняла подбородок.

— Прояви, — нахально и оскорбительно.

— Что это значит? — старейшина Ань аж заикнулся.

Старейшина Мэй со щелчком раскрыла веер и, обмахиваясь, прикрылась, а вот старейшина Лю победно-ехидно улыбался, не прячась.

— Я старше, — Хуа Линь расслабленно прошла ещё немного, делая вид, что направленных взглядов не существовало.