Книга Карнавал лжи в Академии драконов. Часть первая, страница 63 – Анна Алексеева, Деймон Краш

Я тихо подошла и остановилась у кровати. В тусклом свете, что пробивался сквозь неплотно задёрнутую штору, был виден его обнажённый торс и тот самый шрам — длинный, неровный, идущий по спине от плеча к талии, пересекая рёбра. Не ровный и хирургический, а какой-то рваный. Старая история — сказал он.

У нас обоих были «старые истории». Свои шрамы, свои тайны, свои чужие имена. И после всего, что я от него скрывала, я не имела права требовать, чтобы он открыл мне свои.

Я легла, отвернувшись к окну, и натянула одеяло до подбородка. Закрыла глаза, но сон не шёл. Несмотря на горячий душ перед сном, к ночной прохладе прибавился странный озноб. Без внутреннего драконьего жара тело мёрзло так, будто я решила искупаться в замёрзшем пруду Ледяного леса.

Я сжалась под одеялом, стиснув зубы, чтобы не стучать ими, и свернулась клубочком в попытках согреться. Но сколько я ни лежала, завернувшись чуть не с головой, согреться не получалось.

А потом Луи пошевелился.

Он перевернулся на другой бок, и его тяжёлая, горячая рука легла поверх одеяла мне на талию. Придвинувшись ближе, Луи накрыл меня своим одеялом, и я почувствовала его ровное, тёплое дыхание на своей шее. Жар его тела проникал через тонкую ткань сорочки там, где она не прикрывала кожу, и озноб постепенно начал отступать.

Он спал. Я слышала это по дыханию, чувствовала по тому, как расслаблена была его рука и как медленно билось его сердце.

— Элли, — едва слышно пробормотал он, уткнувшись носом в мои волосы.

Моё сердце пропустило удар, а потом снова тихо и часто забилось.

Украдкой выдохнув, я закрыла глаза и расслабилась.

И впервые за долгое время уснула, чувствуя себя в безопасности.

Я проснулась от пения птиц за окном. Это было неожиданно: поздней осенью птичьих голосов обычно не слышно, но в тот момент они заливались так, словно пришла весна.

Чуть пошевелившись, я почувствовала, что рука Луи всё ещё лежит на моей талии, а его грудь едва ощутимо касалась моей спины. Хотелось исчезнуть, провалиться, сбежать от этой смущающей ситуации до того, как он проснётся и прокомментирует то, что произошло. Но я не шевелилась. Боялась ненароком разбудить его — и что он неправильно поймёт то, что произошло.

Наверное, нам действительно стоило спать в отдельных кроватях. Хорошо ещё, что он не прижимался ко мне бёдрами…

Несколько минут я лежала в нерешительности и боялась даже сделать вдох. Тело мгновенно напряглось, положение стало некомфортным, так что мне едва ли было понятно, как удалось проспать в этом положении всю ночь.

Может, это я пошевелилась в попытке расслабиться, а может, его разбудили птицы за окном, но Луи вздрогнул, потом сделал вдох и чуть отстранился от меня.

Но ничего не говорил.

Он медленно поднял руку, откатился в сторону, замер. Несколько мгновений в спальне царила тишина, а я старалась даже не дышать, чтобы он не понял, что я не сплю. Потом кровать чуть спружинила, скрипнула — и Луи ушёл, ступая почти бесшумно.

Когда через несколько мгновений тихо щёлкнул дверной замок, а за стеной послышался шум льющейся воды, я выдохнула, перевернулась на спину и потянулась.

Самочувствие было на удивление годным. Меня больше не знобило, слух и чутьё усилились — я даже ощутила особый, терпкий мужской аромат, который исходил от Луи и который станет почти неощутимым после того, как он выйдет из душа.