Книга Попробуй сбежать, страница 126 – Виктория Рогозина

— Это вопрос рук, а не веса, — отрезала Ванесса. — И мозгов, коих ты лишена.

— Да неужели? — Элис шагнула ближе. — Тогда докажи.

Слова полетели одно за другим, цепляясь, острые, злые. Вокруг них будто образовался вакуум — шум вечеринки отступил, остались только взгляды, напряжённые плечи, адреналин, который уже гнал кровь быстрее.

Фобос наблюдал это с нехорошим предчувствием. Он понял слишком поздно, что момент упущен. Вмешаться стоило раньше — до стакана, до этих слов, до того, как Ванесса, уже не думая, развернулась и направилась к выходу.

— Девчоки… ну ёлки-палки! — пробормотал он и резко двинулся в другую сторону.

Элис и Ванесса шли быстро, почти в ногу, не оглядываясь. Каблуки стучали по полу, дверь распахнулась, ночной воздух ударил в лицо. Фобос нашёл Давида у дальней стены. Тот как раз слушал кого-то, явно не по делу. Фобос наклонился и коротко, без лишних эмоций, пересказал всё. Давид не перебил. Только лицо стало жёстче.

— Где они? — спросил он.

— Уже вышли.

Он кивнул, развернулся, обрывая разговор на полуслове, и пошёл прочь. Без суеты. Без окриков. На парковке Ванесса уже открывала дверь своей машины. Элис стояла чуть в стороне, скрестив руки, с той самой улыбкой — вызывающей, колючей. Давид появился рядом почти бесшумно. Он ничего не сказал. Просто открыл пассажирскую дверь и сел рядом с Ванессой, пристегнулся.

— Я не собираюсь тебя останавливать, — негромко сказал он, глядя вперёд. — Я просто буду рядом.

Она посмотрела на него — быстро, удивлённо, почти растерянно. В этом взгляде было всё: злость, азарт, страх, вызов. И что-то ещё, глубже. Ванесса выдохнула, крепче сжала руль. Двигатель тихо, тяжело зарычал. Ночь приняла их без вопросов.

Давид мельком посмотрел на Ванессу — и понял: алкоголь будто выгорел из неё до последней капли. Движения были чёткими, резкими, слишком собранными для человека, который пил. Только глаза… в них стоял нездоровый блеск, холодный и яростный. Она была зла. Не просто раздражена — выжжена изнутри.

Короткое платье, высокие каблуки, тонкие ноги — всё это в другой ситуации выглядело бы вызывающе, но сейчас казалось почти нелепым. Шансы выиграть выглядели… нереальными.

— Ты уверена? — негромко спросил он, не потому что сомневался в ней, а потому что обязан был спросить.

Ванесса не ответила. На светофоре она вдруг без тени смущения подняла одну ногу, потом вторую, ловко стягивая туфли и закидывая их куда-то назад, на задний ряд. Давид едва заметно приподнял бровь. Из-под сиденья она вытащила кеды, быстро, почти машинально. Светофор мигнул жёлтым. Она уже затягивала шнурки.

— Ты ненормальная, — пробормотал он с улыбкой, но без осуждения.

Зелёный. Машина Элис рванула первой, резко, зло, сворачивая на прямую, ведущую к трассе. Ванесса не стала дергаться сразу — дала полсекунды, а потом утопила педаль. Внедорожник сорвался с места не так резко, но мощно, тяжело, как хищник, который знает, что всё равно догонит. Давид бросил взгляд в зеркало. Чуть позади, на безопасной дистанции, шёл ещё один автомобиль. Фобос. Как всегда. Не вмешиваясь, но рядом.

Трасса встретила их пустотой и холодным светом фонарей. Асфальт блестел, разметка мелькала, как пульс. Машины выровнялись почти одновременно, пересекая воображаемую линию старта, и в ту же секунду обе ушли на максимум. Рёв моторов разрезал ночь. Давид отстранённо фиксировал детали — скорость, вход в поворот, угол. Внутренний круг. Элис пошла агрессивно, слишком агрессивно, ударила их в бок, пытаясь вытолкнуть. Машину дёрнуло, зад повело. На долю секунды. Ванесса даже не напряглась. Руль провернулся в её руках легко, точно, почти лениво. Она поймала машину, выровняла, добавила газа — не в панике, не на эмоциях, а как будто играючи, с холодной уверенностью.