Книга Попробуй сбежать, страница 227 – Виктория Рогозина

Ванесса повернула голову.

— Ты что-то хотел? — спросила ровно.

Он подошёл ближе, но не сел сразу, будто колебался.

— Да, — наконец сказал он. — И, кажется, обязан это сказать.

Она приподнялась, села на кровати, подтянула колени, машинально укуталась одеялом.

— Говори.

Эрик сел напротив, опершись локтями о колени. Несколько секунд молчал.

— Я поступил подло, — сказал он прямо. — Осознанно.

Ванесса нахмурилась.

— В каком смысле?

Он поднял на неё взгляд.

— Я привёл тебя в ресторан именно в тот момент. Знал, что там будет Дзержинский. Знал, что встреча будет напряжённая. И… — он сделал паузу, — я хотел, чтобы ты увидела это. Хотел, чтобы ты видела Мириэн рядом с Давидом.

Ванесса медленно вдохнула.

— Ты хотел, чтобы я усомнилась в нём, — произнесла она не вопросом, а утверждением.

Эрик кивнул.

— Да. Потому что хотел, чтобы ты осталась со мной. А не вернулась к нему.

Тишина в номере стала плотной, почти осязаемой.

— Ты понимаешь, что это… — она запнулась, — низко?

— Понимаю, — не стал оправдываться он. — И всё равно сделал.

Она долго смотрела на него, будто заново видела.

— Зачем ты мне это говоришь сейчас?

— Потому что дальше будет хуже, если промолчу, — ответил он честно. — И потому что… ты не заслуживаешь, чтобы тобой манипулировали. Ни он. Ни я.

Ванесса опустила взгляд на свои руки.

— Ты уверен, что он… хотел этого?

Эрик чуть усмехнулся — без веселья.

— Давид не стал бы устраивать спектакль ради Серебрянниковой. И уж точно не стал бы позволять ей унижаться, если бы это что-то для него значило. Там было другое.

— Что?

— Контроль. Закрытие старых хвостов. И… возможно, — он посмотрел ей прямо в глаза, — проверка. Не тебя. Ситуации.

Ванесса сжала пальцы.

— Проверка, от которой мне больно.

— Да, — тихо согласился Эрик. — Но он никогда не выбирал лёгкие пути.

Она медленно кивнула, будто принимая это не разумом, а чем-то глубже.

— Мне всё равно нужно с ним поговорить, — сказала она наконец.

Эрик выпрямился.

— Я знаю. И это правильно.

Он встал.

— Я не буду тебя удерживать. И… — он на секунду задержался у двери, — прости. За сегодняшний вечер. И… знай, если ты что-то случится, то я приму тебя в любом допустимом для тебя качестве.

Ванесса посмотрела ему вслед.

— Спасибо, что сказал правду, — произнесла она.

Дверь закрылась. Она осталась одна. И в этой тишине, впервые за вечер, в её мыслях появилось не сомнение — а решение.

Ванесса вздрогнула от резкого толчка мыслей, как только очнулась: кровать гостиничного номера казалась слишком большой, слишком пустой, а сердце стучало слишком быстро. Она вскочила, джинсы и худи накинуты на бегу, волосы развевались, словно сами понимали скорость её импульса. Смартфон был в руках, пальцы уже почти машинально набирали адрес особняка Дзержинского, но звонить? Нет. Разговор по телефону не даст ей того, что нужно — взглянуть на него, почувствовать его рядом, услышать дыхание, увидеть каждое движение, каждый жест.

Она выскользнула в коридор, туфли глухо стукали по плитке, сердце забивалось сильнее, чем таксист успел запустить мотор. Машина тронулась, ночной город проскальзывал мимо, огни растягивались в длинные линии, отражались в мокром асфальте. Ванесса сжимала ремень безопасности, почти ощущая его как ограничитель своих эмоций: такси могло довезти её к дому, но только она могла пройти дальше к нему.