Книга Наследник чемпиона, страница 60 – Марика Крамор

Он угрожающе наклоняется надо мной.

— Да не было у меня никого! — поднимаюсь рывком, и наши лица оказываются примерно на одном уровне. — Мне тогда до родов немного оставалось! Вот отец и попытался меня оградить от переживаний. Второй раз «я не готов к семье» я бы не выдержала!

Назар неосознанно поднимает ладонь и пальцами скользит по моему подбородку. От этих интимных поглаживаний сжимается сердце.

— Не было никого? — переспрашивает тихо.

— Нет.

Мне хочется потереться о его руку, как кошка, впитав давно позабытое тепло, но наше с ним «долго и счастливо» давно превратилось в «искрометно и неудачно». И особенно теперь, когда он вернулся, потому что «там» больше никому не нужен, а здесь его никто не ждет.

Я вижу, как ссутулились его плечи на мгновение, заострились черты лица; напоминаю себе, что у меня есть Никита, который не бросал меня и который ждет, готовый взять на себя заботу о моем сынишке. И именно сейчас по мне же бьет осознание, какие же у нас с Никитой неполные отношения.

Отталкиваю мужскую руку, ощущая себя никчемной обманщицей. По отношению ко всем. Назар был жесток, но честен. А я обманываю всех…

— Раз уж мы все выяснили, — бросаю Назару холодно, усаживаясь на место. И самой тошно от того, что говорю. — То поздравляю. У тебя есть сын. Он заочно тебя обожает и любуется на твой плакат в шкафу. Как по мне, то пусть так и любуется — на фотографию. Но насколько я могу судить, ты мимо не пройдешь, да?

Мужская рука медленно опускается на спинку стула, отодвигая. Назар неторопливо опускается.

Так и сидим напротив, в полнейшем молчании, впившись настороженными взглядами в лица друг друга. Мысли всякие лезут в голову, чувствую я себя разбитой. Маленькой заблудившейся девочкой. И да, великой лгуньей, хотя я просто подстраивалась под обстоятельства.

— Ты настолько не хочешь видеть меня в своей жизни? — оттаивает Назар.

— Речь не обо мне. Ты хочешь дальше видеться с сыном? Или мы можем вздохнуть свободно?

— Это очень грубо прозвучало, Анют.

— Извини, как есть. Я не умею смягчать обстоятельства, как некоторые.

— Да. Хочу. Что будем с этим делать?

— Осчастливим Илью. Скажем, что папа не какой-то далекий заграничный персонаж. А сам Назар Черкассов. Легендарный форвард.

— Сарказм к чему был?

— Ну как же? Ты захотел — уехал. Захотел — приехал. Полная свобода действий. Ни к кому не привязан. Никаких усилий, кроме как на льду, прилагать не надо, верно? Семьи-то нет. Ты же ее не потянешь, да, Назар? Это напрягаться пришлось бы. Куда ж тебе, такому эксклюзивному спортсмену да за ребенка еще ответственность брать.

— Я от ребенка нашего не отказался бы. Когда мы обсуждали мой отъезд, про ребенка разговора не было.

— А от меня можно было. Ты выбрал самый легкий путь. Зато теперь у тебя все замечательно складывается. Там никто не ждет, а здесь сыночек подрастает, за которого кто-то другой ответственность взял. Кто-то другой, кто вытянул и не сдался. А тебе теперь всегда можно чем-то забить душевную пустоту и ненужность, правда? Да и сыну передать свои накопленные знания и опыт. Он же по твоим стопам пошел! Маленький хоккеист… Какая гордость. Жаль только, что ты от всего отказался уже давно. Но решение всегда можно и поменять. Когда тебе удобно будет! Когда ты больше никому не нужен!