Книга По осколкам твоей лжи, страница 72 – Татьяна Никандрова

Выяснять отношения на свадьбе Алаева — далеко не лучшая затея. И, к счастью, муж это понимает. Потому что в следующее мгновенье рывком встает со стула, а затем, особо не церемонясь, вздергивает на ноги и меня.

— Выйдем, — шипит он, удерживая меня за локоть.

Я не собираюсь сопротивляться, но его пальцы все равно чересчур сильно впиваются мне в кожу. Сдавливают так, что нервные окончания сигнализируют о боли. Мне хочется выдернуть руку и огрызнуться, но я сдерживаюсь, дабы не привлекать ненужного внимания.

Арслан вытаскивает меня в коридор и заводит за угол. Несильным толчком впечатывает в стену, а сам становится напротив.

— Объясняй! — бросает приказным тоном.

— Я ведь уже все объяснила…

— Ни хуя ты не объяснила! — он злобно дергает подбородком. — Еще сегодня днем ты была согласна ехать, а сейчас вдруг передумала. Интересно, с чего бы?!

— Я колебалась. А теперь приняла окончательное решение, — выдерживаю его полыхающий яростью взгляд. — И прекрати разговаривать со мной в таком тоне.

— А теперь слушай сюда, родная, — он шагает вперед и грубым жестом хватает меня за лицо, сдавливая пальцами щеки. — Мы полетим в отпуск, поняла?! Я и ты. Вместе.

— Отпусти! — пыхчу я, пытаясь отпихнуть его от себя.

Но Арслан не обращает на мое сопротивление никакого внимания. Это все равно, что Моська пыталась бы оттолкнуть слона. Его руки все сильнее сдавливают мою челюсть, а в глазах бушует поистине звериное бешенство.

— Мне насрать, какая муха тебя укусила и почему ты вдруг решила передумать. Я не позволю играть со мной в кошки-мышки, ясно? Если я сказал, что мы летим в отпуск, значит, мы летим. И засунь свою гребаную независимость куда-нибудь подальше, потому что, клянусь богом, мое терпение на исходе!

— Арслан, мне больно! — из-за стиснутых щек мой протест звучит шепеляво. — Отпусти меня!

— Больно? — глядя мне в глаза, он зло ухмыляется. — Больно — это хорошо. Боль обычно всегда отрезвляет.

Я делаю очередной рывок, пытаясь высвободиться из-под тяжести его тела, но он лишь сильнее вдавливает меня в стену. Я сказала правду: мышцы лица действительно ноют, а височно-нижнечелюстной сустав того и гляди вывихнется. Но боль далеко не самое яркое чувство, которое я сейчас испытываю. Самое яркое — унижение. И Арслан прекрасно об этом знает. Он специально показывает свое превосходство, специально морально опускает меня. Ведь в его системе ценностей женщина должна беспрекословно слушаться мужа и знать свое место. А я со своими амбициями, стремлениями и собственным мнением, определенно, вышла за рамки дозволенного.

— Какие-то проблемы? — внезапный голос Ранеля пулей пронзает воздух.

Арслан молниеносно убирает руку от моего лица и, отступив чуть назад, непринужденно бросает:

— Никаких проблем, приятель. Иди, куда шел.

Однако демон не спешит продолжать движение. Стоит, засунув руки в карманы брюк, и переводит внимательный взгляд с меня на Арслана и обратно.

— Ранель Александрович, все и впрямь в порядке, — поправляя подол платья, вставляю я. — Мы с супругом просто немного… Кхм… Повздорили.

Чувствую себя неловко. Меньше всего на свете мне бы хотелось демонстрировать Измайлову проблемы своего брака, но они, как назло, так и просятся наружу. Уж теперь-то он точно знает, что между мной и мужем нет ни тепла, ни уважения…