Книга Проучить мажора, страница 17 – Татьяна Никандрова

— От моихмашины и квартиры. Не забывайся, Станислав.

Ну дела! Собственный отец грозится выкинуть меня на улицу из-за какого-то несчастного кольца! Да это ни в какие ворота не лезет!

— Пап, ты серьезно? — задыхаюсь от возмущения. — И где я, по-твоему, должен жить? На чем передвигаться?

— Ты всегда можешь снять квартиру и ездить на общественном транспорте. Заодно появится стимул обрести самостоятельность и начать зарабатывать собственные деньги. Ты уже давно не ребенок, однако ответственность для тебя по-прежнему пустой звук. И я устал это терпеть, — поправляя лацканы пиджака, отвечает он. — Все, я пошел. Не люблю опаздывать.

С этими словами отец стремительно покидает кабинет, оставив меня, негодующего и раздосадованного, наедине с неразрешимой проблемой. И где мне только искать эту чертову Габриэллу? Город большой, она маленькая, а я ленивый. М-да, непростая задачка мне предстоит. Ох, непростая.

Стас

— Ой, не могу, — закатываясь в приступе хрюкающего смеха, Никитос лупит ладонью по столу. — То есть ты ей сам разрешил себя пристегнуть к койке и напоить этой хренью? Ну ты дебил, Стасян, ты такой дебил…

Он продолжает веселиться, а я с кислой физиономией кошусь в окно. От разговора с другом легче, надо сказать, не стало. Вот вообще. Вместо того, чтобы пораскинуть мозгами над решением моей проблемы, он уже полчаса ржет как ретивый конь, сотрясая своей дергающейся тушей наш столик. Даже кофе мне расплескал.

— Угомонись, олень! — рявкаю я, вконец взбешенный его шальной потехой.

Со стороны всегда легко умничать! А попробовал бы он сам очутиться в спальне с Габриэллой — совсем бы по-другому запел. Она ж такими глазами на меня смотрела… Невинными и в то же время порочными. Просто пожирала взглядом, плутовка дрянная. Вот я поплыл, как девственник в женской бане.

— Да ладно, бро, не кипятись, — Никитос примирительно поднимает руки, однако истеричное хихиканье продолжает сочиться из его рта.

— Как мне не кипятиться, если я того и гляди на улице окажусь? — раздраженно рычу я, испепеляя взглядом друга, которого прямо сейчас мне хочется убить.

Черт бы побрал его неуместное веселье!

— Гонит твой батя, — беспечно отмахивается он. — На понт просто берет. Чтобы ты испугался и рванул этот брюлик по всему городу искать. Он же не зверь какой-то, чтобы их хаты тебя выселять.

В том-то и дело, что зверь. Прямо-таки зверюга. Папа только с виду весь такой интеллигентный и сдержанный, а по факту тот еще псих. Помнится, как-то в детстве я не хотел собирать разбросанные по комнате игрушки, и он пригрозил, что выкинет моего любимого динозавра в окно. Я тогда решил, что он блефует, поэтому не особо торопился наводить порядок, а отец взял и со всей силы швырнул игрушку в форточку. Ударившись об асфальт, динозавр разбился на сотни пластиковых кусочков, а вместе с ним разбилось и мое сердце. Эта ситуация научила меня двум важным вещам — поддерживать порядок в комнате и всегда воспринимать слова отца всерьез.

— Мне надо ее отыскать, Никитос, — массируя виски, заявляю я. — Иначе хана.

— А ты ее в соцсетях не пробивал? — успокоившись и напустив на себя серьезный вид, интересуется друг. — Имя-то у нее редкое. Габриэлл в нашем городе от силы штук пять, наверное.