Книга Рей и Рита. Прости меня, моя любовь, страница 19 – Татьяна Никандрова

Каждое ее слово, будто хлесткая затрещина, обжигает лицо и отравляет душу.

— Такого никогда не будет. Ты – единственная, от кого я действительно хотел бы детей, – сжав челюсти, цежу я.

— Ты уже называл меня единственной. И что случилось потом?

— Господи! – взрываюсь я. – Ты теперь мне всю жизнь это будешь притыкать?! Ты и сама не образец благонравия, Рит! Думаешь, я не знаю, что у тебя есть парень? Макар или как его? Но тебе это не помешало переспать со мной!

Рита удивленно расширяет глаза и потрясенно качает головой:

— Мы с ним расстались несколько недель назад. И раз ты подумал, что я способна на такое, то ты совсем меня не знаешь.

Ее слова вводят меня в ступор, а она роняет лицо в ладони, и ее плечи сотрясаются от беззвучных рыданий.

— Рит, не плачь, – я протягиваю руку и мягко касаюсь ее локтя. – Прости меня. Я дурак.

Рита вскидывает голову, и тут до меня доходит, что она вовсе не плачет. Она смеется. Закатывается беспричинным, граничащим с истерикой хохотом.

— Знаешь, я думала, что самое сложное – это отпустить человека, – сквозь смех говорит она. – Но нет, самое сложное – не позвать его обратно. И я учту это. Обязательно учту.

— О чем ты, Рит? – непонимающе морщусь я.

— Я люблю тебя, Денис, – тихо говорит она, и шальная улыбка сначала замирает на ее лице, а потом и совсем сползает. – Но при этом ты мне противен. Ты считаешь себя крутым, потому что перепробовал все в этой жизни. Но по-настоящему силен не тот, кто может себе многое позволить, а тот, кто может от многого отказаться. А отказываться ты не умеешь.

— Что это значит? – мрачно интересуюсь я.

— Это значит, что все кончено. Навсегда, понимаешь? – она говорит спокойно, но я чувствую, что тот барьер, который мне удалось сегодня сломать, вновь вырастает между нами. – Иди домой, проспись, а наутро отправляйся к этой своей Даше.

— Я…

— И сделай одолжение, – она не дает мне вставить слово. – Не отказывайся от ребенка. Возможно, он будет тем самым человеком, благодаря кому ты наконец поймешь, что такое настоящая любовь.

Денис

Возвращаюсь домой далеко за полночь. Пьяный, разбитый и подавленный. От Риты я направился прямиком в бар, где отчаянно пытался утопить свою боль в выпивке. Результат получился неутешительный: сознание замутнилось, координация нарушалась, но боль никуда не ушла.

Когда Веснушка выпроваживала меня из своей квартиры, она была такой холодной, такой сдержанной, такой уставшей. Казалось, ей осточертело терпеть мое присутствие в ее жизни, и единственное, чего она на самом деле желала, это забыть меня. По-настоящему забыть.

Я повторял ей слова любви, клялся, что больше никогда не оступлюсь, но она не слышала меня. На ее лице опять была маска непроницаемости, и она лишь утомленно закатывала глаза в ответ на мои пылкие речи.

Да, покидая дом Риты, я знал, что она снова превратилась в Снежную Королеву, которой была последние два с лишним года, и возвела между нами толстую стену. Наверное, даже более толстую, чем была до этого.

Бросаю ключи на невысокую тумбочку в прихожей, скидываю ботинки и, пьяно покачиваясь, бреду по коридору. Интересно, Дашка уже спит? Или меня дожидается?

Ответ на эти вопросы не заставляет себя долго ждать. Едва я приоткрываю дверь в спальню, как до меня доносится ее недовольная язвительная реплика: