Книга Рей и Рита. Прости меня, моя любовь, страница 29 – Татьяна Никандрова

— Круто, – отзываюсь я, заходя в холл и натягивая на ноги бахилы.

— Хочешь потрогать? – неожиданно предлагает девушка.

— Что именно? – вопросительно кошусь на нее.

— Как что? Живот, глупенький, – смеется она.

— Эм… Ну… Даже не знаю…

Раньше я, конечно, трогал Дашку в местах куда более интимных, чем живот, но теперь, в условиях нашего разрыва, это кажется мне не совсем уместным.

— Да ладно, брось, – девушку явно забавляет мое смущение.

Она пододвигается поближе, задирает свитер и, крепко обхватив мои ладони, прижимает их к себе. От тепла ее кожи, так неожиданно обдавшего пальцы, я вздрагиваю и несколько раз моргаю. Оказывается, животик у Дашки и впрямь есть: увеличился в области ниже пупка, твердый такой стал, упругий.

— Прикольно, – уголки губ против воли тянутся вверх. – Только никаких шевелений я не чувствую.

— Конечно, не чувствуешь, рано ведь еще, – усмехается Дашка. – И я сама только пару раз ощутила.

Ее ладони по-прежнему лежат поверх моих, а взгляд зеленых глаз с любопытством блуждает по лицу. Она будто пытается что-то во мне уловить, отследить эмоции или прочитать мысли… Будто хочет увидеть знак того, что между нами еще не все потеряно.

— Ну ладно, пошли, и так опаздываем, – мягко высвобождаю свои руки и двигаюсь по направлению к регистратуре. Не хочется давать Дашке ложных надежд.

Сообщив о своем прибытии, мы с садимся на небольшой диванчик у кабинета и ждем, когда нас пригласят внутрь.

— Как с работой? – интересуется Дашка. – Нашел что-нибудь?

— Да, есть у нас с Пеплом одна тема, – отзываюсь я, убирая со лба волосы.

— Тебе вовсе не обязательно было уходить из папиной фирмы, мог бы и дальше там работать. Он ведь не против.

О том, что ее отец еще как против, я решаю умолчать. Не очень хочется передавать ей наш малоприятный диалог, в котором он сначала вынуждал меня жениться на его дочери, а, получив отказ, назвал безответственным ублюдком и выставил вон.

— Да все нормально, Даш, не переживай, – отмахиваюсь я.

Когда нас наконец приглашают в полутемный кабинет УЗИ, я чувствую себя как слон в посудной лавке. Не знаю, что делать и куда приткнуться. Дашка ложится на продолговатую кушетку, а я тупо переминаюсь с ноги на ногу рядом с ней. Это первое исследование, на котором я присутствую, поэтому должно быть, и нервничаю.

— Папаша, вы не суетитесь, вон на тот стул присядьте, – заметив мои метания, усмехается полноватая врачиха в возрасте. – Ничего с вашей супругой не сделается.

Эта, казалось бы, невинная, брошенная вскользь фраза задевает Дашку. Благодушная улыбка сползает с ее лица, но поправлять женщину в белом халате, сообщая ей о том, что мы не женаты, бывшая не торопится. Поэтому я тоже решаю промолчать.

Располагаюсь на стуле и молча наблюдаю за тем, как Дашка оголяет живот, а врачиха принимается обильно смазывать его каким-то гелем.

— Так, сейчас посмотрим, – приговаривает женщина, сосредоточенно глядя в монитор перед ней. – А вот и наш карапуз!

Вскидываю глаза на большой экран, висящий напротив, и потрясенно замираю. Раньше я почему-то думал, что на УЗИ толком ничего не видно, лишь размытые образы и очертания… Но на деле все оказалось совсем иначе.

Передо мной черно-белое изображение младенца в профиль. Я совершенно точно различаю его тело, голову, конечности… Даже нос вижу! Вот это да! До чего дошла медицина!