Книга Рей и Рита. Прости меня, моя любовь, страница 78 – Татьяна Никандрова

— Рит, пожалуйста, зайди в дом! Простудишься! – с порога кричу я, пытаясь справиться с чертовым креслом, которое вдруг сделалось очень неповоротливым.

Все ее тоненькое стройное тело сотрясается от громкий рыданий, а я больше всего на свете хочу ей помочь… Успокоить, обнять, отогреть. Но на деле у меня даже приблизиться к ней не выходит. Гребаный перелом позвоночника, гребаная каталка – будь они трижды прокляты!

Очевидно, окончательно околев на промозглом ветру, Рита медленно поднимается с земли и нетвердой походкой движется в сторону дома. Наши взгляды встречаются, но ее заплаканное лицо ничего не выражает. Она смотрит на меня невидящим взором, а в глазах – холодная черная пустота.

Рита проходит мимо меня, а я, развернув каталку, следую за ней. Я хочу сказать что-нибудь ободряющее, но слова стеклянной крошкой застревают у меня на языке, царапая нёбо.

Она заходит в холл, ведущий к бассейну, снимает с полотенцесушителя свою одежду и принимается медленно натягивать ее на себя. По Ритиным щекам по-прежнему текут слезы, но теперь уже беззвучно. Ее взгляд кажется каким-то застывшим и неживым, и она совсем никак не реагирует на мое присутствие, будто вовсе не замечает.

— Рит, все наладится, слышишь? – знаю, это бред, но потребность хоть что-то сказать, хоть как-то оборвать эту гнетущую тишину пересиливает.

Девушка вскидывает на меня глаза и бесцветно произносит:

— А я вот в этом не уверена.

Меня так и подмывает вновь завести тему о больном и о личном. Хочется признаваться в любви, обещать ей безоблачное будущее и умолять выбрать меня. Во мне целая гамма противоречивых, но безумно ярких эмоций, которые так и норовят вырваться наружу…

Но почему-то я чувствую, что сейчас Рита меня не услышит. Она слишком потрясена произошедшим, слишком подавлена.

— Денис, – застегнув последнюю пуговицу на блузке, она приближается ко мне. – Ты ведь знаешь, какая у тебя сейчас главная задача?

— В смысле в данный момент или вообще? – хмурюсь я.

— Вообще.

— Встать на ноги? – предполагаю я, не совсем понимая, к чему Рита клонит.

— Вот именно. Сосредоточься на этом, ладно?

— Ладно, – в замешательстве отвечаю я.

Веснушка выдавливает некое подобие улыбки и, вернувшись в прихожую, начинает облачаться в пальто.

— Я не знаю, когда мы снова с тобой увидимся, – стоя у порога, говорит она.

— Ты есть как? Ты что… Больше не приедешь?

— Нет, не приеду. Думаю, ты понимаешь, почему.

— Но как же мы? Как же наши отношения?

— Не надо, Денис, – неожиданно жестко обрубает она. – Хватит. Мне уже давно пора жить в настоящем и думать о будущем. Наши с тобой отношения – это что-то искалеченное, нездоровое, неправильное, и мы оба это знаем.

— Но ведь мы можем…

— Нет, – вновь не дает закончить мысль. – Позволь мне построить свое счастье. Пожалуйста.

Она говорит спокойным ровным тоном, будто не связь нашу обрывает, а пиццу заказывает. А меня, наоборот, словно озноб пробивает. Руки дрожат, сердце колотится, внутренности сжимаются от необъяснимых спазмов.

— Нет-нет, не говори так, прошу, – в панике качусь к ней.

Но Рита уже не слышит. Она распахивает дверь, молниеносно вылетает на улицу и быстрым шагом покидает участок, так ни разу и не обернувшись.

Рита

Такси останавливается у дома, который я в последние месяцы стала считать своим, но сейчас совсем не уверена, что имею на это право. Миша распахнул передо мной сердце, впустил меня в свою жизнь, в свое жилище, в свой быт. А я так и не оценила этого по достоинству, так и не поняла, какой потрясающий мужчина мне достался.