Книга Никто не узнает, страница 64 – Татьяна Никандрова

Надо мыслить трезво и не вдаваться в панику. Если бы Олегу и впрямь было, что мне предъявить, он бы предъявил, правда же?

Так-то оно так. Но вдруг его подозрения пока имеют чисто интуитивную подоплеку? Фактов нет, но есть предчувствие… Наверняка он заметил мою холодность в постели, хоть я и тщательно пытаюсь ее скрыть. Все-таки Олег не дурак. Далеко не дурак.

Если мои опасения верны, то дело плохо. Лед под ногами становится тоньше, а двойная игра приобретает все более опасные обороты.

Бреду по торговому центру и с нетипичным для себя вниманием вглядываюсь в витрины, блещущие глянцем. Обычно я не большой любитель шоппинга в России, но сейчас мне не поездок в Европу, поэтому буду выбирать из того, что есть в шаговой доступности.

Не знаю, как два этих понятия связаны, но, когда ты влюблена, потребность в обновках возрастает прямо-таки в геометрической прогрессии. Все прежние наряды вдруг резко становятся скучными и непрезентабельными, а вот блистать и восхищать хочется как никогда сильно. Причем не общество в целом, а одного, вполне конкретного человека, который внезапно сделался центром мыслей.

Когда я заворачиваю в приглянувшийся отдел неконвенционального нижнего белья, в моей сумке пищит телефон. Запускаю руку внутрь и тут же вижу на экране заветный номер, заканчивающийся двумя восьмерками. Сердце по привычке срывается на галоп, а губы растягиваются в невольной улыбке.

— Алло, — принимаю вызов, стараясь не слишком фонтанировать радостью.

— Ты еще в ЦУМе? — спрашивает обволакивающе низкий голос.

— Да, а что? — отзываюсь я.

— В каком отделе? — Богдан игнорирует мой вопрос.

Ощущая горячее волнение, поднимающееся в груди, я произношу название магазина, в котором нахожусь, а затем опять добавляю дурацкое «а что?».

— Да так, — хитрит парень и, не попрощавшись, скидывает вызов.

Несколько секунд задумчиво гляжу на мобильник, а потом, убрав его обратно в сумку, принимаюсь перебирать вешалки со стрингами. Трусы кажутся до неприличия крошечным и, говоря откровенно, показывают больше, чем скрывают, но мне все равно хочется их купить. Конечно, есть вероятность, что в полупрозрачном лоскутке ткани я буду смотреться как проститутка, но почему-то меня это не останавливает.

— Вау! — прямо над моим ухом раздается горячий вздох. — Это жутко сексуально, детка.

Когда Богдан говорит таким интимным полушепотом и вдобавок называет меня деткой я начинаю таять и растекаться, словно пломбир на сорокоградусной жаре. Слишком много концентрированной похоти в его интонациях, слишком живо откликается тело на его близость…

— Как ты здесь оказался? — слегка наклоняю голову набок, но не оборачиваюсь.

Проходящие мимо продавцы-консультанты не дают мне забыть, что мы находимся в общественном месте. Богдан, к счастью, тоже об этом помнит, поэтому не предпринимает никаких попыток ко мне прикоснуться или приобнять. Просто стоит позади и жарко дышит в затылок. Конечно, расстояние, разделяющее нас, недостаточно велико… Но это уже мелочи, на которые не хочется обращать внимания.

— Проезжал мимо и захотел тебя увидеть, — негромко отзывается он. — А ты, значит, развратная девчонка, да, Карин?

Парень снимает с вешалки те самые красные трусики, которые я разглядывала минутой ранее, и принимается оценивающе их вертеть. В мужских ладонях этот малюсенький предмет одежды смотрится вдвойне эротично, поэтому я невольно начинаю испытывать неуместное сексуальное возбуждение.