Книга Ариран, страница 48 – Айская

— Хватит, — прошептал он ей прямо в губы, и в этом шепоте было больше боли, чем в любом крике. — Между нами всё закончилось, Лика. Я старше, я погряз в крови и грязи этого города по самую глотку. У меня врагов больше, чем ты можешь себе представить, и каждый из них ищет мою слабость. Я не умею любить. Моё сердце — это выжженная пустыня, где ничего уже не растет. Я не дам тебе того, что ты ищешь, я только уничтожу тебя, если ты останешься рядом. Мой мир — это не гонки ради забавы, это выживание, где чувства — это смертный приговор!

Лика смотрела на него сквозь пелену подступающих слез, но её взгляд оставался твердым.

— Ты лжешь, — выдохнула она, и одна слезинка всё же скатилась по её щеке. — Ты лжешь сам себе, Сон Джин. Ты называешь меня Ариран. И ты ведь прекрасно знаешь, что это значит! Это «тот, по кому тоскует сердце». Это «моя любимая». Ты скучаешь по чему-то живому в себе, и ты видишь это во мне. Ты влюблен в меня, и это пугает тебя до смерти!

Бэк вздрогнул, будто она ударила его хлыстом. Он медленно разжал пальцы, отпуская её руки, и отступил на шаг, снова надевая свою непроницаемую маску.

— Водитель отвезет тебя домой, — повторил он механически, его голос стал абсолютно бесцветным.

Он развернулся и вышел из спальни, не оглядываясь. Тяжелая дверь закрылась с глухим стуком, который отозвался эхом в её груди.

Лика осталась стоять одна в пустой роскоши его дома. Она быстро смахнула слезы тыльной стороной ладони и вдруг коротко, зло прыснула себе под нос.

— «Физиологический процесс», значит? — прошептала она, глядя на закрытую дверь. — Ну-ну, ври дальше, ледяной король. Я же чувствую, как ты на меня смотришь, как у тебя дыхание перехватывает. Ты видимо совсем сломан, чтобы просто это признать.

Она начала медленно одеваться, и в её движениях уже не было слабости.

— Ты можешь бегать от меня сколько угодно, Бэк. Но я уже у тебя под кожей. Я узнаю, что сломало тебя тогда, на том фото. И я заставлю тебя вспомнить, как это — быть счастливым человеком.

Глава 17

Утро понедельника встретило Сеул тяжелым свинцовым небом, но внутри Лики бушевал пожар, который не могла потушить никакая морось. Она не могла просто сидеть на лекциях, пока в голове набатом били последние слова Бэка.

— Лика, ты с ума сошла? — Миён испуганно оглядывалась по сторонам, когда они, пригибаясь, проскользнули в полумрак университетского архива. — Что мы здесь забыли? Если нас поймают, нас отчислят в ту же секунду! И даже твой Бэк не поможет, это же святая святых университета!

При упоминании имени Бэка Лика резко замерла, и её лицо вмиг осунулось. Она словно поникла, вся та дерзкая энергия, что вела её в архив, на мгновение испарилась. Миён, заметив эту перемену, осеклась и схватила подругу за плечи.

— Эй... Лика? Что случилось? Почему ты такая... раздавленная? Вы что, поругались с Бэком?

Лика сглотнула вязкий ком в горле и, не глядя на подругу, коротко бросила:

— Он меня бросил, Миён. Всё кончено.

— Что?! — Миён опешила, её глаза округлились. — Как бросил? После всего, что между вами было? Почему?!

— Потому что он чёрствый человек, — в голосе Лики прорезалась горькая сталь. — Робот в дорогом костюме. Он считает, что чувства — это слабость. Но я не верю ему. Мне нужно узнать о его жизни всё. Он здесь числится преподавателем, значит, в архиве должно быть его личное дело, какие-то документы, хоть что-то, что прольет свет на его прошлое.