Книга Правила случайных соседей, страница 40 – Эвелин Грин

Сквозь мансардное окно прямо над ними светили редкие городские звезды. В квартире было прохладно, и Лера прижалась спиной к груди Марка, наслаждаясь его ровным, спокойным дыханием.

— Знаешь, о чем я сейчас думаю? — прошептала она, выводя пальцем невидимые узоры на его предплечье.

— О том, что нам нужно купить минимум двадцать предметов мебели до конца выходных? — отозвался Марк сонным голосом, крепче обнимая ее.

— Нет. Я думаю о том, что еще пару месяцев назад ты был готов выставить меня за дверь из-за пятна краски на паркете. А теперь мы лежим на надувном матрасе в пустой квартире, и у нас даже нет табуретки. Тебе не страшно потерять контроль?

Марк помолчал несколько секунд, глядя в звездное небо над ними. Затем он зарылся лицом в ее волосы, вдыхая их аромат.

— Знаешь, Валерия... Оказывается, контролировать пустоту гораздо страшнее, чем делить хаос с тобой. Спи. Завтра нас ждет испытание покупками, а это требует крепких нервов.

Лера тихо рассмеялась в темноте и закрыла глаза. Глава их сумасшедшей «коммунальной войны» была официально закрыта навсегда. Впереди был чистый холст. И теперь они будут писать эту картину только вдвоем.

Субботнее утро началось с того, что Марк выдал Лере рулетку.

— Что это? — сонно спросила она, разглядывая желтую пластиковую коробочку, словно это был инопланетный артефакт. Они сидели на полу пустой гостиной и пили кофе из бумажных стаканчиков, купленных в пекарне внизу.

— Это, Валерия, наше главное оружие на сегодняшний день, — серьезно ответил Марк, сворачивая на планшете свою знаменитую таблицу и открывая план квартиры со всеми размерами. — Говорят, совместный поход в мебельный гипермаркет — это кладбище для многих отношений. Но мы подготовились. У нас есть стратегия, тайминг и четкое понимание метража.

Лера фыркнула, чуть не поперхнувшись капучино.

— Доктор Лебедев, мы едем за диваном и кроватью, а не планируем операцию по пересадке сердца. Какая стратегия? Пришел, увидел, посидел, купил.

— Наивная, — Марк снисходительно покачал головой и забрал у нее пустой стаканчик. — Собирайся. Посмотрим, как ты заговоришь через три часа в отделе мягкой мебели.

Огромный мебельный лабиринт встретил их искусственным светом, запахом ДСП, корицы и легкой паникой, витавшей в воздухе от десятков пар, которые уже успели поругаться из-за цвета фасадов для кухни.

Первый час всё шло по плану Марка. Он методично измерял габариты стеллажей, проверял надежность фурнитуры и сверялся с планом. Лера послушно ходила следом, время от времени трогая обивку кресел и застревая в отделах с декоративными подушками.

Но кризис разразился там, где его никто не ждал — в отделе кроватей.

Марк стоял со скрещенными на груди руками перед строгой, минималистичной кроватью с обивкой из темно-серой экокожи. У нее не было изножья, а изголовье представляло собой идеальный геометрический прямоугольник.

— Эргономично. Практично. Пыль не скапливается, углов нет, — резюмировал он. — Берем к ней ортопедический матрас высокой жесткости с независимым пружинным блоком, и наши спины скажут нам спасибо.

Лера с ужасом посмотрела на серое великолепие.

— Марк, это не кровать. Это операционный стол повышенной комфортности. Если мы поставим это в нашу светлую спальню с мансардными окнами, мне будут сниться исключительно медицинские справочники и графики дежурств!