Книга В объятиях тирана, страница 30 – Валентина Кострова

Захожу на кухню. Вижу на столе стакан с водой и долькой лимона, а рядом лежит сложенный пополам лист. Хм, любовные письма с благодарностями мне по утрам еще никто не писал. Беру лист, тут же роняю его и отпрыгивают от стола.

Все прекрасно. Все чудесно. Но, похоже, кое-что я все же попутала. Видимо желаемое приняла за действительность. Или сознание просто не хотело возвращаться в ужасную реальность вчерашнего дня. Письмо мне написал не вчерашний знакомый. Его почерк я не знаю, а этот.…Этот я вижу пять дней в неделю восемь часов в день. И это почерк моего ужасного босса, а значит.… Значит, поцелуй мне не приснился. Значит, засос оставил Тахирович. Значит, мы… переспали.

«Это была самая незабываемая ночь, Иванова. Шароев».

Выходные пролетают быстрее, чем я успеваю моргать. Мне кажется, я только прикрыла глаза, а тут хоба, уже суббота заканчивается. Только моргну, опа, уже воскресенье клонится к закату.

Кручу в голове события пятницы. Иногда вспоминаю обрывки того вечера, плавно перешедшие в ночь. И чем больше думаю, тем больше убеждаюсь, что между мной и Шароевым ничего не было. Ну не могла я быть в такой отключке, чтобы не помнить член шефа в себе. Глазами то я видела его достоинство, там тебе не карандашик тоненький. В любом случае не буду замазывать засос, а наоборот выставлю на всеобщее обозрение, как медаль за заслуги перед отечеством. Перед Маратовичем.

Понедельник — день тяжелый, но я с вечера приготовила наряд. Узкая юбка до колен, шифоновая блуза. Макияж, подчеркивающий мою красоту. Глядя на себя в зеркало, усмехаюсь. Засос притягивает взгляд. Вопросов будет много. Я буду придерживаться загадочного молчания, томно поглядывая на босса, из-за которого все выходные прошли в судорожных попытках восстановить хронологию наших передвижений.

Понедельник. Без пяти — я в приемной. Кофе машина урчит, вазочка наполнена бисквитным печеньем, конфетами. На моем столе идеальный порядок, на часть писем уже ответила, важные документы, требующие подпись Марата Тахировича распечатаны.

Не знаю, как, наверное, внутренним чутьем, я угадываю приход шефа. Он еще не появился на глаза, я стою по стойке смирно, с распущенными волосами, как этот деспот требовал, с очаровательной улыбкой. Ровно в девять утра Шароев заходит в приемную.

— Доброе утро, Марат Тахирович, — шире улыбаюсь, приподнимая подбородок. Засос должен увидеть.

Судя по сузившимся глазам, замечает отметину. Хмыкает. Правда, вид у него мрачноватый. Он сегодня как пасмурная погода. Вроде грозы, дождей не обещали, но вот эта духота витает вокруг.

— Ваш кофе готов, — дефилирую к кофе машине, забираю чашку и ставлю на поднос.

Босс не двигается, смотрит то на мое лицо, то куда-то вниз. Даже не хочу думать, что этот придурок рассматривает. Я бы рада смотреть мимо него, но против воли глазами блуждают по его лицу. Щетина. Лезвия что ли дома закончились? Рубашка мятая. Некому видимо гладить. Галстук где-то потерялся. Хотя… Может и дома не ночевал. Выглядит слегка мятым.

Деспот опять игнорирует правила приличия, не здоровается. Уходит в кабинет. Я подхватываю папку с документами, поднос и проскальзываю следом. Кофе ставлю на стол, сожалея, что в аптеках порционно не продают отраву для вредителей человеческого отряда. Папку на край, как обычно. Тахирович в это время включает компьютер, проходит мимо меня, на ходу снимая пиджак. Я зачем-то поворачиваюсь в его сторону. И залипаю.