Книга Сохранить нельзя разбить, страница 104 – Али

Ярина снимала недорогую однокомнатную квартиру недалеко от офиса. Она жила одна, но каждый раз старалась вернуться домой как можно позже, чтобы просто лечь спать и утром побыстрее поехать на работу. Яра не любила оставаться одна в квартире. Ее пугало, что она снова услышит, как входная дверь откроется, и войдет он. Как обычно, в своем черном худи с большим капюшоном, который прикрывал почти половину лица. Небрежно, словно что-то грязное, кинет на тумбочку ключи, снимет обувь и тяжелыми размашистыми шагами подойдет так близко, что перестанет хватать кислорода. Яра развернется к плите, разогревая наспех приготовленный ужин, потому что сама недавно пришла с работы, и накроет на стол лишь одну порцию, потому что пересилить себя и сесть за один стол с ним она не сможет. После первых ложек горячей еды он снова со всей силы отодвинет от себя тарелку, так, что половина супа выльется на стол, кинет ложку куда-то на пол и оставит на нежном хрупком теле пару отметин, потому что ему надоело есть эту безвкусную одноразовую еду. Ярина, как обычно, ничего не скажет в ответ, потому что до дрожи в коленках боится снова попасть под горячую руку. Она тихо, пряча внутри себя слезы, дождется, пока он сходит в душ, зайдет в спальню, включит на всю громкость телевизор и в ближайшее время уснет. Яра тихо помоет посуду. Закроется в ванной, постоит минут десять под горячей водой, чтобы хоть как-то спасти себя от озноба, несмотря на то что места, где стали проявляться синяки, все еще горели. Потом умоет лицо и, не глядя в зеркало, сползет по стене вниз на холодный кафель. Она просидит так час или два и только потом на цыпочках пойдет в спальню. Ляжет почти беззвучно, укроется краешком свободного одеяла и пролежит так всю ночь, пытаясь хоть ненадолго призвать сон. Утром Ярина почувствует, как на кровати стало пусто, услышит, как он надевает брюки и застегивает ремень, звеня бляшкой, и плотно-плотно сожмет глаза, делая вид, что крепко спит. Потом на пару секунд задержит дыхание, когда ощутит на чуть посиневшей от удара щеке поцелуй-насмешку, и снова задышит лишь тогда, когда услышит, как хлопнула входная дверь. Только тогда она сядет на кровати, спрячет лицо в ладони и горько заплачет, выплескивая через слезы всю свою боль. Ей понадобиться около получаса, чтобы успокоиться и ненадолго почувствовать себя в безопасности. Яра закрасит лицо тональным кремом, возьмет сумку и пойдет на остановку. Сядет на свой автобус и станет искать в интернете новую работу и съемную квартиру, чтобы начать новую жизнь и забыть весь этот кошмар раз и навсегда.

Я сидела на паре и слушала убаюкивающий голос моего преподавателя. Может, он только на меня так действует? А для всех остальных он ничуть не лучше, чем занудный и совершенно обыкновенный? Полезная информация никак не хотела залетать мне в голову. Там все было занято вечерним свиданием, новым нарядом и Дмитрием Александровичем. Кстати, он, кажется, совершенно о нем не думал, сидя за своим столом и рассказывая материал.

— А теперь небольшая проверочная. Сейчас раздам работы, это минут на двадцать, не переживайте.

— Ну вот, лучше бы дальше рассказывал, — пробубнила я, убирая все со стола, кроме телефона, который спрятала под партой и зашла в нужный мне чат.