Книга Сохранить нельзя разбить, страница 71 – Али

— Нормально.

— Странно как-то получилось. Столько лет не виделись, а теперь я твой преподаватель. Но я рад, что ты все-такие поступила на лингвистический.

— Да, я тоже. — Говорить с ним не было сил. Дима это тоже чувствовал, отчего с каждой фразой напрягался все больше.

— Как Егор?

И тут меня как будто окатило холодной водой. Он еще смеет спрашивать о моем брате, от которого так бессовестно отвернулся и которого предал.

— Вас это не должно касаться, Дмитрий Александрович, — сказала я, глядя прямо в его глаза. — Мне нужно идти, до свидания.

Я прошла мимо, оставив Диму в недоумении. Сильно хлопнув дверью, я сама подпрыгнула от резкого звука и быстро пошла прочь от этого кабинета, даже не заметив, что Дэн шел рядом со мной.

— Что он сказал?

— Сказал, что рад меня видеть. А потом спросил про Егора. — Я была так взвинчена, что не могла идти спокойно, поэтому просто неслась по коридорам университета, громко стуча каблуками.

Дэн молча шел рядом со мной и следил, чтобы я ни в кого на врезалась, потому что людей, которые проходили мимо, я совершенно не замечала. Я слышала только, как в висках пульсировала кровь, а руки потряхивало от злости, негодования и какой-то несправедливости. Я даже не понимала, на что именно я злилась. То ли на Диму, что он вернулся спустя шесть лет. То ли на бывшую Егора, потому что если бы не она, то мой брат и Дима не поругались бы. То ли на себя, что не могу нормально на него реагировать. Меня разрывали изнутри противоречивые чувства. Я хотела накричать на Диму за то, что он оказался таким дураком. Предал. Уехал. Бросил. И в то же время крепко-крепко его обнять и рассказать, что в тот день он забрал с собой часть меня. Почему я так на него реагирую? Шесть лет прошло. Шесть лет! Ненавижу его.

— Настя, у тебя все лицо красное. Давление поднялось.

— Дэн, мне вот твои комментарии сейчас вообще не сдались. Я и без тебя знаю. — Моей ошибкой было то, что я могла срываться на близких мне людях. — Прости.

— Ничего страшного. Сейчас пойдем на пары, и ты немного упокоишься. Хочешь, вечером все-таки куда-нибудь сходим? Я думаю, тебе нужно выпустить пар.

— Правильно думаешь. Хочу напиться.

— Ага, чтобы я тебя потом пьяную привел домой. Совсем обо мне не думаешь. — Дэн демонстративно закатил глаза и сделал обиженный вид. Я толкнула его в плечо, на что он улыбнулся и обнял меня за плечо. Вот так легко и просто. Как обычно.

Идя по коридору, я не заметила, как из аудитории за спиной вышел Дмитрий Александрович и на минуту остановился, провожая нас взглядом. Его лицо тронула какая-то грустная улыбка. Мне стало интересно, о чем он думает, но, к сожалению, мысли я читать не умела.

Зайдя в аудиторию, Дима быстро окинул взглядом своих студентов. Кто-то переговаривался между собой, кто-то стал внимательно его разглядывать, а кто-то, не проявив никакого интереса, продолжал зависать в телефоне. К студентам нужен особенный подход. Малейшая слабость означала, что этого препода можно не ставить буквально ни во что. Но Дмитрия Александровича это не касалось. Пережитые за несколько лет события давали ему хороший стержень и понимание того, что сердце не должно быть слишком мягким и снисходительным. Иначе по нему будет бить каждый. И особенно тот, кто стоит рядом. Дима зачерствел. Только при виде одной-единственной девушки, которая сидела на третьем ряду, его взгляд смягчился. Он никогда не был жестким или слишком серьезным рядом с ней. Конечно, когда дело не касалось Настиной безопасности. Как в тот раз, когда она в четырнадцать лет связалась с компанией Витьки, и Дима, стараясь сдержать агрессию Егора, сам пытался успокоиться и не показывать, что у него впервые в жизни дрожали руки. Или когда Диме позвонил друг и попросил поехать с ним в отделение вызволять сестру. Тогда Дима сорвался с дня рождения знакомого и вел машину далеко от привычного ему аккуратного стиля. Во все эти моменты он переживал так, как никогда ранее. Он знал, что так или иначе они были связаны. Пускай через Егора, пускай лишь как хорошо знакомые люди. Но сейчас кто они друг другу? Преподаватель и студентка? Бывший друг ее старшего брата?