Книга Пятый телохранитель. Часть 4, страница 45 – Анна Вэйли

— Ага, — ответил он, и по его голосу мне показалось, что Артем смотрит на то же, что и я, но видит что-то другое.

Мы сели на теплый шифер, свесив ноги над карнизом. Плечом к плечу. Шершавая нагретая за день крыша отдавала тепло снизу, последние лучи грели сбоку. Я сидела на крыше деревенского дома, смотрела на закат и чувствовала себя так, будто сижу на вершине мира.

— Видишь речку? — кивнул Артем за поле. — Вон там, где блестит.

— Вижу. Там, где дед с удочкой нас караулит каждый вечер.

— А вон дорога, по которой мы пришли в первый день. Помнишь, ты ругалась на грязь?

— Я и сейчас ругаюсь на грязь. Просто тише.

Он усмехнулся. Закат разливался перед нами, деревня внизу тихо жила своей жизнью — кто-то загонял кур, кто-то поливал огород, где-то лаяла собака, а дым от чьего-то костра тянулся тонкой белой ниткой к небу.

— Не хочу завтра уезжать, — совершенно честно и так же неуместно пожаловалась я.

— Знаю.

— Меня там словно ничего не ждет, понимаешь, — рассказывала я скорее миру, чем Артему. — На фирму к отцу я не пойду. Работать по образованию у конкурентов — глупость… Конечно, отец мог бы дать старт любому моему начинанию, но… я просто не знаю. И мне от этого тошно, Лебедев. По-настоящему тошно.

Артем молчал. Закатный свет лежал на его лице, и краем глаза я увидела, как он сглотнул, а его пальцы сжались на колене.

— Алиса, — произнес он, и его голос звучал так странно, что я напряглась всем телом.

— Что?

— Понимаешь… кое-что тебя там все-таки ждет.

Он полез в карман джинсов, и я замерла, потому что по его лицу видела — сейчас будет то, к чему готов только он, но никак ни я.

Артем достал кольцо.

Маленькое, золотое, с тремя бриллиантами в ряд…

Я узнала его раньше, чем вообще поняла, что вижу перед собой. Подсознание сработало, спрятанные вглубь воспоминания в момент выбрались наружу — руки похолодели, живот сжался, воздух в легких словно разом закончился.

Это кольцо я видела тысячу раз. В бархатной коробочке, в папином сейфе, на верхней полке, за стопкой документов... Папа доставал его на каждый мамин день рождения, на годовщину, на Новый год. Открывал коробочку, часами смотрел внутрь и закрывал. Иногда давал мне подержать кольцо, а я крутила его на свет и искала радугу в камнях. Чувствовала, что отцу нелегко выпустить эту вещицу из пальцев, даже для того, чтобы передать мне.

Мамино обручальное кольцо. В нем весь ее характер. Она бы не приняла ничего больше и дороже…

Сейчас оно лежало на ладони Артема. На загорелой шершавой ладони с ободранными костяшками. И закатное солнце будто бы зажгло камни так, что они горели, как горели в моих детских руках.

Мир сузился до ладони Артема и трех камней в колечке на ней. Крыша, закат, деревня и поля — все отъехало на край и замерло…

— Откуда, — выдохнула я. Голос не слушался. — Откуда оно у тебя?

— Попросил у твоего отца.

Вот так?

Пришел к Сергею Викторовичу Ермолову и попросил? И папа отдал?! Кольцо, которое он при чужих не доставал. Последнее, что осталось от мамы. Отдал ему?!

Я смотрела на кольцо и думала о папе. О том, как он стоял перед сейфом и доставал коробочку. О том, каково ему было разжать пальцы и положить ее в чужую руку… О том, что он это сделал, потому что доверял стоящему перед ним человеку свою дочь так, как больше никому.