Книга Пара для Дракона: Секрет Попаданки, страница 15 – Алекса Рид

— Молчи, — тихо сказал он у меня над самым ухом, и дыхание коснулось кожи. — И не двигайся.

Пальцы принялись за работу. Быстро, умело, без единого лишнего движения. Я чувствовала, как он сначала полностью распустил мои жалкие узлы, как шнурки скользнули, освобождая ткань. Потом, новое, ровное и уверенное движение. Он стягивал шнуровку, начиная снизу, виток за витком. Каждое подтягивание ощущалось всем телом, платье облегало меня, подчёркивая талию, поддерживая грудь.Его пальцы иногда касались спины сквозь ткань, и от каждого такого мимолётного прикосновения по спине бежали мурашки, совсем не от холода… Блин. В комнате стояла полная тишина, нарушаемая только тихим шорохом шнурков и моим собственным, участившимся дыханием, которов в тишине казалось громче, чем должно быть. Я видела в полированной поверхности стола наше отражение, его сконцентрированное лицо, склонённое над моей спиной, мои широко раскрытые глаза.

Наконец, он завязал тугой, аккуратный узел где-то у самой шеи. Его руки задержались на моих плечах на секунду дольше необходимого, сжав их слегка.— Вот, — его голос прозвучал низко и как-то глухо. — Теперь ты хотя бы не развалишься по дороге.

Я резко выпрямилась и развернулась к нему, отскочив на шаг. Сердце колотилось где-то в горле.— Ты… ты извращенец! — выпалила я, от бессилия и смущения пихнув его кулаком в грудь.

Он даже не пошатнулся, только ухмыльнулся, потирая затылок.— Извращенец — это тот, кто позволяет своей спутнице путешествовать с таким бардаком, — проговорил он. — Я просто привёл тебя в божеский вид. Идём, или мы опоздаем на паром.

Паром «Серебряная чайка» был огромным, неуклюжим судном, больше похожим на плавучий сарай, чем на изящное творение корабелов. Он громыхал, скрипел и отчаянно вонял рыбой, смолой и влажным деревом. Я стояла на причале, сжимая ручки своей потрёпанной сумки так, что пальцы побелели, и смотрела на эту махину с открытым ужасом.

— Я… я никогда не плавала, — призналась я Амелю, который уже покупал билеты у бородатого капитана.— Ничего страшного, — бросил он через плечо. — Всегда есть первый раз. Главное с нужным мужчиной. Что у него за намёки пошли!?

Он вернулся с двумя деревянными жетонами.— Нам повезло. Последняя свободная каюта. Плыть около суток.Каюта оказалась крошечным помещением с двумя узкими, привинченными к стене койками, маленьким столиком и круглым иллюминатором. Я замерла на пороге.

— Нам… нам придётся спать в одной комнате? — спросила я, и мой голос прозвучал жутко пискляво. — Это же неприлично!Амель зашёл внутрь, швырнул сумки на нижнюю койку и снял плащ.— Свободных кают нет, Фрида. Придётся потерпеть. Думаю, я в состоянии контролировать себя, даже если ты будешь храпеть.

— Я не храплю! — автоматически возразила я, но протест был слабым. Альтернативы не было.К вечеру на палубе развернулось нечто вроде праздника. Матросы и немногочисленные пассажиры, в основном торговцы, сгрудились вокруг бочки с элем. Кто-то достал дудку и барабан, заиграла простая, бойкая мелодия. Запах жареной рыбы, табака и солёного ветра смешивался в странный, но не неприятный коктейль.

Амель, прислонившись к борту, наблюдал за этим с лёгкой усмешкой. Потом взглянул на меня.— Хочешь выпить? Эль здесь, говорят, неплохой. Развеет дорожную тоску.