Книга Истинная для трёх драконов, страница 26 – Молли Н

Завтрак оказывается выше всяческих похвал. А большая чашка кофе со сливками и кусочком шоколада — идеальным завершением завтрака.

Во время еды ловлю взгляды Рарртума и Данррима на своё декольте, что ещё больше улучшает моё настроение.

Чтобы попасть в сад, выходим из замка и отправляемся в сторону леса. Пока идём, с любопытством спрашиваю:

— Ангурр, а твой сад тоже волшебный? Я имею в виду…

— Волшебный, — улыбается дракон. — Я выращиваю цветы, которые помогают тем, кто в этом нуждается.

— Помогают? — удивляюсь я. — Думала, они просто для красоты.

— Красота иногда ценна сама по себе. Она может подарить надежду, скрасить серые будни, облегчить боль, дать необходимую передышку. Но мои цветы могут не только это. Некоторые из них помогают чувствам разгореться. Некоторые служат утешением в сложные моменты жизни. Некоторые лечат. Некоторые дарят чудесные сны или силы поверить в свою мечту.

— Поверить в мечту?

— В основном это касается тех, кто очень тонко чувствует мир. Такие люди могут желать стать музыкантами, писателями, художниками, танцорами, создавать какие-то материальные вещи, или выбрать иную профессию, помогающую другим людям наполниться. Но не всегда обстановка располагает к тому, чтобы ступить на этот путь. На творчестве невозможно быстро заработать, наоборот, зачастую на освоение требуется много времени, усилий и денег. Порыв выражаться в творчестве может уступить чужому или собственному прагматизму. В таком случае мой цветок поможет понять, чего именно хочет человек на самом деле, придаст сил и смелости не забрасывать мечту, двигаться к ней пусть даже маленькими шагами. Трудиться, чтобы заработать на хлеб, а в перерывах делать что-то, к чему лежит душа. Или копить деньги на обучение.

— Звучит здорово.

Ещё мгновение назад мы петляли среди деревьев, а потом раз — и уже в чудесном саду. Останавливаюсь, словно наткнувшись на стену — сердце пропускает удар от открывшейся моему взгляду красоты.

С высоты холма кажется, будто сад размером с два футбольных поля, по крайней мере, на первый взгляд.

В самом его сердце расположен небольшой круглый водоём с прозрачной водой.

От него во все стороны разбегаются тропинки, выложенные большими разноцветными плоскими камнями, как будто обтёсанными водной стихией до гладкости. Между камнями пробивается тёмно-зелёный мох.

Звонкими голосами поют птицы, летают стайки разноцветных бабочек, жужжат пчёлы.

Кусты с розами в этом саду соседствуют с полянками ромашек и незабудок; орхидеи — с астрами и лютиками; азалии — с тюльпанами, флоксами и ландышами.

Большинство цветов мне совершенно незнакомо, но даже так я понимаю, что времена года над этим местом как будто не властны.

Что самое удивительное, несмотря на то, что цветы растут без всякой системы — будто кто-то просто перемешал и хаотично разбросал семена — появляется ощущение невероятной гармонии этого места.

— Как тебе? — с улыбкой интересуется Ангурр.

— Это место невероятное! — восхищённо произношу я.

— Прогуляемся?

— Да.

Иду очень медленно, потому что не хочется упустить ни одной детали. Все цветы настолько красивы и кажутся такими идеальными, что если бы я рассматривала каждый, что меня заинтересовал, до вечера мы бы из сада точно не ушли. И то потом бы пришлось уйти только из-за темноты, а не потому, что я успела всё рассмотреть.