Книга Gasolina, страница 40 – Арсений Либис

Айрис выскользнула из гардеробной, на цыпочках добежала до входной двери, бесшумно открыла и вылетела на улицу. Воздух ударил в лицо. Такой горячий, что больно было дышать. Но для Айрис это было воздухом свободы. Ее сердце бешено колотилось, а в голове играла эта странная песня, которая нравилась Райли.

Они решили никуда не ехать, просто остались в машине. Райли раз за разом просматривала запись, сделанную Айрис. Она сидела, вжавшись в кресло, и нервно теребила край платья. Райли же откинула сиденье чуть назад, положила камеру на руль и уже в который раз запускала видео.

— Давай ещё раз… — пробормотала она, щурясь.

На экране Блейк подходил к сейфу. Райли увеличила зум до максимума. Картинка слегка дрожала, руки Айрис тогда тряслись не по-детски.

— Левый… два полных оборота… — шептала Райли, не отрывая глаз. — Стоп. Здесь. Четырнадцать.

Она перемотала назад, включила замедление.

— Потом вправо… тридцать семь. Точно. Дальше влево…

Райли замолчала. Айрис видела, как у неё напряглась челюсть.

— Coño, здесь бликует. Солнце попало прямо на колесо.

Она запустила видео заново. Потом ещё раз. И ещё.

— Райли… — тихо начала Айрис.

— Cállate, — отрезала та, не отрываясь от экрана. — Дай сосредоточиться.

Прошло ещё две минуты. Райли выругалась по-испански, длинно и грязно, откинулась на подголовник и провела ладонью по лицу:

— Этот cabrón крутит, как будто у него руки из жопы. Я вижу три цифры, а четвёртая… то ли восемь, то ли девять, quién sabe, coño.

Айрис почувствовала, как внутри снова начинает подниматься паника. Сердце заколотилось чаще. Райли вдруг выпрямилась. Она поднесла камеру почти к самому лицу, включила максимальное замедление и остановила кадр.

— Стой… — прошептала она. — Стой, стой, стой.

Айрис затаила дыхание. Райли несколько секунд молчала, потом медленно, почти по буквам, произнесла:

— Двадцать два… четырнадцать… тридцать семь… восемь.

Она подняла взгляд на Айрис. В серо-зелёных глазах горел азарт.

— Двадцать два — четырнадцать — тридцать семь — восемь, — повторила она уже увереннее. — Левый, правый, левый, правый. Классика.

— Точно? — дрожащим голосом спросила Айрис.

Райли перемотала видео в нужный момент, включила и показала ей:

— Смотри. Вот здесь, когда он останавливается в последний раз. Видишь, как слегка рука дрогнула? Восьмерка. Точно восьмерка. Я готова поставить свою «Ламбо» на это.

Айрис выдохнула. Но тут же снова напряглась:

— А если ты ошибаешься? Если там другая комбинация…

Райли положила камеру на торпеду, повернулась к ней всем телом и хищно улыбнулась.

— Тогда я открою сейф с третьей попытки. А если заблокируется, подожду полчаса и попробую снова. Но я не ошибаюсь, Айри.

Она протянула руку и провела большим пальцем по нижней губе Айрис.

— Ты молодец. Видео — огонь. Даже с трясущимися руками сняла casi perfecto.

Но Айрис не радовала ее похвала. Сердце колотилось так, будто хотело вырваться из груди. В голове крутились обрывки: Блейк с пистолетом в руке, камера в башне, родители Тревора в прихожей, наручники, тюрьма, суд…

— Я не могу… — прошептала она дрожащим голосом. — Райли, я не смогу это сделать. Мы с ума сошли. Если он нас поймает… если…

Грудь сдавило. Воздух стал густым и горячим, как патока. Айрис начала часто и поверхностно дышать, пальцы рук онемели.