Книга Ненужная королева обречённого дракона, страница 57 – Юлий Люцифер

— Плохая привычка, — сказала она.

— Полезная. Помогает держаться.

— Вы тоже что-нибудь считаете?

— Выходы.

Она повернулась к нему.

— Всегда?

— Почти.

— Сколько здесь?

Он даже не посмотрел по сторонам.

— Четыре удобных, два сомнительных, один через храмовую лавку, если Ренн не застрянет в дверях.

Сзади Ренн сухо сказал:

— Я слышал.

— Я и рассчитывал.

Элина вдруг почувствовала, как напряжение в груди чуть отпустило. Не исчезло. Просто перестало душить.

У императорской брачной галереи толпились экипажи.

Здание стояло отдельно от дворца, соединённое с ним крытым переходом. Высокие стены из светлого камня, семь арок у входа, колонны, обвитые зимними цветами. Над главной дверью горел золотой круг Велранов и белое пламя дома Рэйс. Между ними оставили место для третьего знака — пустую мраморную вставку, на которой обычно писали имя свидетельствующего дома.

Сегодня она была чистой.

Артарион заметил это.

— Они не вписали мой знак.

— Надеялись, что вы не придёте?

— Надеялись, что я приду как скандал, а не как дом.

Элина спешилась. Ренн оказался рядом, но руку не подал, пока она не кивнула. Только тогда помог. Его ладонь была сухой и крепкой.

У входа стояли распорядители в белых перевязях. Один из них увидел Артариона и побледнел так быстро, что Элина почти пожалела бедного человека.

Почти.

— Лорд Морвэйн, — выговорил распорядитель. — Ваше появление… не было внесено в порядок церемонии.

— Исправьте порядок.

— Но список свидетелей утверждён.

— Я не свидетель брака. Я официальный защитник приглашённой гостьи.

Распорядитель быстро посмотрел на Элину.

В его взгляде она увидела сразу всё: узнавание, тревогу, оценку платья, желание спрятаться за правилами и надежду, что кто-нибудь старший решит это за него.

— Госпожа… — Он запнулся.

Элина ждала.

Он не мог сказать “Рэйс”. Уже знал, что это опасно юридически. Не мог сказать “безродная” перед Артарионом. Не мог сказать “бывшая дочь”, не рискуя получить дипломатический скандал.

— Элина, — подсказала она.

Просто.

Без помощи.

Распорядитель склонил голову.

— Госпожа Элина. Ваше приглашение?

Ренн передал расплывшуюся карточку, высушенную после солёной воды. Надпись “бывшей дочери” всё ещё читалась. Распорядитель увидел её и неловко сглотнул.

— Прошу следовать за мной.

— Мраморная вставка пустая, — сказал Артарион.

Распорядитель замер.

— Простите?

— На входе. Дом защитника должен быть указан, если приглашённая гостья входит под его словом.

— Это займёт время.

— У вас есть три минуты.

— Лорд Морвэйн, церемония начинается…

— Я сказал три.

Распорядитель посмотрел на его лицо и решил, что две минуты будут безопаснее. Он махнул помощнику. Тот побежал к боковой двери так быстро, что чуть не поскользнулся на мраморе.

Элина тихо сказала:

— Вы любите заставлять людей бегать?

— Только когда они медленно думают.

Через несколько минут над входом появилась тонкая пластина тёмного металла. На ней поспешно выгравировали знак Морвэйнов: раскрытое крыло с трещиной. Неровно, без художественной красоты, но достаточно ясно.

Элина смотрела, как его крепят между золотом Велранов и белым пламенем Рэйсов.

Пепельный знак выглядел там чужим.

И именно поэтому — нужным.

Зал брачной галереи был полон.

Сначала Элина увидела свет. Слишком много света: сотни свечей в высоких чашах, семь огненных кругов под куполом, зеркала между колоннами, золотые нити в одеждах гостей. Потом — белые цветы. Они стояли в вазах, свисали с арок, лежали на ступенях, словно кто-то решил превратить зиму в покорную декорацию.