Книга Поцелуй железа, страница 99 – Клэр Сейджер

— Ладно, – вздохнула я. – Я поделюсь. – Она взяла протянутое мной бренди и от души налила себе в бокал. Затем, посмотрев на бутылку, она принесла и мне бокал, отказываясь наливать больше.

— Зануда, – проворчала я, хотя меня уже начинало мутить, а бутылка каким-то образом оказалась наполовину пуста.

— Я пытаюсь спасти то, чего добилась таким тяжелым трудом, – она усмехнулась и подняла свой бокал в мою сторону. – От большого количества алкоголя у тебя испортится цвет лица, а глаза покраснеют. Кстати, об этом, – она достала откуда-то из одежды небольшой кобальтово-синий пузырек и бросила его мне.

Он ударился о мягкую спинку дивана. Я даже не успела поймать его.

— Как я и думала. Ты слишком долго лежишь здесь на пару с бутылкой. – Она приподняла одну бровь. – Это глазные капли. Они помогут справиться с сильной усталостью.

— С какой усталостью?

Она наклонила голову, спрашивая, действительно ли мы собираемся играть в эту игру.

Возможно, я чувствовала себя в игривом расположении духа, потому что просто повторила:

— С какой усталость?

— Дорогая моя, у тебя все на лице написано. Ты почти не спала с тех пор, как Лара… Ну, ты поняла. И я знаю, что это не потому, что ты слишком занята, развлекаясь в постели кое с кем из Сумеречного Двора.

Я фыркнула.

— Обидно, что ты считаешь меня такой предсказуемой.

— Ты пережила травмирующий опыт. Если отделаешься несколькими бессонными ночами, считай, тебе крупно повезло. – Она прищурила глаза, скривив рот. – Хотя смею предположить, у тебя такое не в первые.

Я уткнулась в свой бокал, не в силах справиться с тяжестью ее предположения. Особенно когда оно оказалось верным.

Смерть Фантомы была невыносимой, хуже, чем все вместе взятое, что сделал папа. Ведь он только угрожал и запугивал, в то время как его брат… был человеком действия.

Но я не могла избавиться от ощущения, что это не все. В пустоте между моими воспоминаниями должно таиться что-то еще. Недостающий осколок.

Я не хотела знать, что там было, поэтому залпом опрокинула свой бокал, едва ощутив огонь, лизнувший горло, и бросила умоляющий взгляд на Эллу.

Она поджала губы. Это означало «нет».

— Что случилось с беспечной леди Элоизой-Элизабеттой-Белладонной Фортнум-Найтли-Чейз?

Ее взгляд смягчился, отчего у меня сдавило в груди.

— Она беспокоилась о тебе и прислала меня.

Беспокоилась обо мне. Я закусила губу, чтобы та не дрожала.

— Думаю… сейчас она нужна мне, – я ненавидела, как жалко я звучала и как сильно дрожал мой голос.

Элла разглядывала меня с другой стороны кофейного столика, а затем уголок ее рта приподнялся.

— Говоришь, нужна тебе, моя дорогая? Ну что ж, я буду беспечной, если на сегодня ты покончишь с этим, – она взболтнула содержимое бутылки. – Договорились?

Эта сделка была безопаснее, чем любая из тех, что я заключила с Бастианом. Я села, не обращая внимания на вращение комнаты, и протянула Элле руку.

— Договорились.

Мы пожали друг другу руки, и она кивнула. Элла не была такой могущественной, как Кавендиш или Бастиан, но от ее молчаливого одобрения все равно становилось хорошо. В отличие от бренди, эта теплота не была опустошающей.

Мы болтали о последних дворцовых сплетнях. Их было не так много, как обычно, из-за отсутствия светских мероприятий и введения комендантского часа. Сегодня утром королева снова объявила его: «Никто, кроме стражи, под страхом смерти не должен появляться в коридорах после девяти вечера». Сомневаюсь, что часть о страхе смерти была сказана всерьез, но проверять эту теорию не хотелось.