Книга Дом отравы и крови, страница 86 – Алексис Л. Менард

— Назови свое имя и скажи, по какому делу пришла.

— Камилла Мерси Маркезе-Аттано. Мое имя – мое дело.

Я впервые осознала, как хорошо наши фамилии дополняют друг друга, и наконец произнесла это вслух.

Глаза Сабины расширились, по безупречному лицу медленно скользнула улыбка.

— Ну и ну, – медленно проговорила она. – Неужто огни за Порогом Забвения замерзли, или мои уши меня обманывают? Союз между Маркезе и Аттано?

— Союз, который вы нагло разбили, Сабина. Вы выдвинули обвинения против моего супруга, и я пришла на переговоры с вами.

С ее губ слетел лающий смех.

— А что ты можешь мне предложить такого, чего бы у меня не было? Думаешь, мне есть дело до Николаи? Да туда ему и дорога. Еще одним Аттано в городе меньше. Он получил по заслугам, убив моих веергов.

Толпа вокруг нее забормотала, соглашаясь с ней, но я повысила голос, чтобы заглушить этот гул.

— Ваша упыриха угрожала мне, приставив к виску пистолет. Несколько веергов, называющих себя Серыми Руками, проникли в мою комнату в доме, принадлежащем Аттано, и попытались меня похитить. После того как меня искусали и отравили. Как, по-вашему, должен был отреагировать человек вроде Нико на такую жестокость по отношению к его жене?

— Это все, конечно, очень мило, Аттано, но есть проблема, – ответила она. – Священный закон гласит, что ни один потомок Отмеченных Следом не имеет права убивать другого несущего След. То, что он совершил, – святотатство для старшего поколения Отмеченных и прямая угроза выживанию наших Следов. Если мы начнем убивать без последствий – не важно, какова будет причина, – остановит ли это борьбу между несущими След? Что остановит богатых и влиятельных магов Аттано, если они начнут убивать моих верных веергов по одному?

— Это не было нападением, мадам…

— Замолчите, – прошипела она, обхватив подлокотники трона. Черные когти заскребли по черному камню. – Убийство веерга – нападение на всех нас. Священный закон называет цену, которую следует заплатить: След за След, жизнь за жизнь.

Теперь я понимала, почему Соломон так сурово говорил с Нико. Цена за убийство Энджел оказалась выше, чем я предполагала. Я посмотрела на Гидеона – тот стоял неподвижно, сжав зубы. Мой голос чуть дрогнул, когда я сказала:

— Тогда позвольте мне заплатить эту цену.

Улыбка Сабины стала еще шире.

— Вы, Маркезе, всегда были самыми никчемными существами на этом Острове. Зачем мне забирать жизнь у ни на что не способной местной в качестве платы за След? То, что так гласит закон, не делает нас равными.

Я сглотнула подступивший к горлу ком, на ходу соображая, как повысить свою ценность в глазах королевы. Я думала о собственной паровой империи, о том, что будет цениться в моей работе помимо материальных ресурсов. В зале повисла тяжелая тишина. Это судилище было просто еще одним развлечением в этом царстве смертельной распущенности.

И тогда меня озарило.

— Арена, – сказала я.

Сабина подняла бровь.

— А что тебе до арены?

— На нее когда-нибудь выходил драться хоть один местный?

Она снова дико расхохоталась.

— Разумеется, нет. Выпустить местного против тварей из Пустошей – значит подписать ему гарантированный смертный приговор. Никто не вызывался по доброй воле.

— Значит, я буду первой.

— Камилла, что ты?..

Гидеон попытался что-то сказать, но я его перебила.