Книга Измена. Я теперь (не) твоя, дракон!, страница 22 – Илана Васина

— Винна, — обращаюсь к служанке. — С каких пор гости в нашем доме распоряжаются насчет чая?

— Я не просто гостья... — начинает было сестра, но быстро замолкает, потому что я игнорирую ее. Неотрывно смотрю на густо краснеющую девушку.

— Госпожа Флора сказала, что это вы распорядились насчет чая. Вот я и... — девушка, прикусив губу, замолкает и виновато опускает глаза. — Простите.

— Пока я не лишилась голоса, я предпочитаю сама отдавать поручения. Прошу вас отныне исполнять только те просьбы, которые поступили лично от меня.

— Да, леди Амакиир, — кивает девушка с явным облегчением.

— Будьте добры, пригласите сюда моего мужа, — слышу на этих словах нервный вздох Флоры.

— Боюсь, это невозможно. Лорд Амакиир отлучился.

Киваю своим мыслям.

Теперь понятно, почему Флора заявилась именно сейчас.

— Хорошо. Как только он вернется, попросите его зайти. Спасибо, Винна. Можете идти.

Стоит девушке юркнуть за дверь, как сестра вонзает в меня злой взгляд и шипит:

— Я расскажу Даррану, что ты обезумела. Скажу, что ты на меня напала. Сама себе наставлю синяков, а обвиню тебя. Он мне поверит, вот увидишь! И Айну ты больше никогда не увидишь. Он не подпустит ее к безумной...

Подношу чашку с остывшим чаем ко рту. Красивое лицо сестры замирает, и сама она затихает, ожидая мой следующий шаг.

Только вместо того, чтобы глотнуть, я поднимаюсь с кресла, отхожу на шаг и выливаю чай на свою одежду. Едва теплая жидкость струится по телу, впитывается в кружева и шелк, так и не коснувшись губ. Непонимание в глазах сестры быстро сменяется страхом. Она тревожно ерзает на кресле и бормочет:

— Дарран все о тебе узнает, ненормальная! Совсем уже спятила...

Задумчиво произношу:

— Ты достаточно умна, чтобы не оставлять улик. Выбить из рук чашку с чаем легко. А вот мокрое неглиже с меня снять будет труднее. Достаточно выжать отсюда одну каплю, чтобы травники эксперты в тайной полиции оценили состав чая. Здесь явно больше, чем капля, — указываю на мокрую ткань, с которой продолжает капать на пол.

— Мерзавка, — шипит сестра, со звоном отставив свою чашку. — Змея-я. Га-адина.

Тонкие пальцы сжимаются в кулаки до побелевших костяшек, а лицо искажается от злости — сейчас она почти дурнушка. Жаль, что муж не видит ее такой. Заставляю себя продолжить:

— Дарран рассказывал про конфискованные на днях артефакты. Оказывается, на черном рынке все еще торгуют артефактами правды. Когда его наденут на твою голову, актерский талант тебе не поможет.

Я отчаянно блефую. Понятия не имею, можно ли где-то раздобыть артефакт правды. И даже не представляю, сколько потребуется жидкости травникам экспертам. Вот только Флора этого не знает. Она буравит меня ненавидящим взглядом, уголки рта опущены и нервно подрагивают, а пышная грудь тяжело вздымается.

Выравниваю спину и чеканю:

— Мне много не надо. Исчезни из жизни моей семьи. Выход там! — указываю на дверь.

Через три недели

Дарран.

— Милый, я так соску-училась, — томно шепчет Флора, пристроившись рядом на подлокотнике широкого кресла.

Резкий запах цветочных духов заставляет поморщиться. Перестаралась. Хотя уж лучше духи, чем ее собственный запах, въедливый, терпкий, приторно-сладкий — от него даже мысли слипаются в кучу и клонит в сон.

Теплая, гибкая фигура жмется ко мне, будто ненароком задевает затвердевшим кончиком груди мое плечо. Мягкие пальцы забираются под рубашку и невесомо скользят по прессу все ниже, вызывая привычно-приятную гамму ощущений в паху.