Книга Счастье придёт весной. Песнь белого Волка, страница 14 – Александра Каплунова

— В нашем мире нет таких строгих законов, как здесь, — продолжила я под молчаливым ожиданием Арвида. — Есть кодекс, который нужно соблюдать. Но он, скорее свод правил, для всех. Не отличный для бедных и богатых, или для мужчин и женщин. Единый, а за нарушения тебя могут лишить свободы. За этим следит полиция, как ваши воины, и суд... И женщине не обязательно иметь мужа. Я жила своим умом…

Арвид снова усмехнулся. Похоже, его такие порядки весьма забавляли.

— Как же ты станешь жить, если мужчина не обеспечит тебя кровом и мясом?

— Заработаю сама, — я пожала плечами.

— Заработаешь?

Вот уж чего он не ждал от меня. Я отпила еще немного из чарки. Вот как ему все это передать, объяснить?

— Да, я работала… Вела разные контракты, ну… договоры. Правильно оформляла, считала, следила, чтобы сроки поставок не были сорваны. За это мне платили деньги, которыми я могла распоряжаться сама.

Кажется, Арвиду нужен был перерыв. Слишком уж эта картина отличалась от привычной ему. Может быть он вообще сейчас рассмеется и заявит, что я сочинила хорошую сказку, даже не удивлюсь.

— Значит, ты из свободных, — подытожил он. Ну что же, по крайней мере с этим мы разобрались.

Он поднялся с лавки, прошел через комнату. К огромной постели, что была устлана мягкими шкурами.

Я отвела глаза, когда он снял жилет. И отвернулась вовсе, когда Арвид взялся за ворот рубахи.

Чарка стала пустой весьма быстро. Я сидела спиной к очагу, не смея двинуться с места.

— Кто-то в этом мире… — его голос с той части комнаты звучал тихо, но я все же услышала, потому как ждала его зова. — Касался тебя?

Я поняла сразу, о чем он вопрошает. Конечно… Меня ведь нашли в лесу люди Сигурда.

— Нет, — я мотнула головой. В груди делалось тесно. И воздух стал жутко тяжелым.

— А в прошлом?

Спина, точно камень. Даже силой собственной воли, я не смогу заставить себя распрямиться. Хотелось спрятаться. Сжаться. Залезть под стол, за которым сидела.

Лечь в постель с незнакомцем? Я не настолько смелая, чтобы сделать это так просто.

Даже будучи чернью я сохраняла в себе внутренний стержень. Опуская голову, когда нужно, я не ощущала себя настоящим рабом. Кланяясь я лишь пряталась среди толпы.

И сейчас я боялась, что внутри меня что-то надломится. Это будет точно черная скверна, которая засядет глубоко у меня внутри. И будет точить, подливая масла в огонь, чтобы сжечь мою гордость.

— Да, — я все же призналась.

— Подойди. И возьми свою простынь.

Несколько слов, а для меня приговор.

Я поднялась. Распрямилась. Но взгляд от пола оторвать не смогла. Подхватила белую ткань. Шаги дались странно легко, и вот я уже стою у брачного ложа.

Арвид сидел на краю постели, без рубахи, босой, в одних нижних портах. Я лишь мазнула по нему взглядом, не коснувшись лица. Остановилась напротив.

Он забрал простыню из моих рук. Положил себе на колено.

— Платье придется снять, повернись.

Я рвано вдохнула. Тихонько. Неслышно. Повернулась спиной. И не смогла удержаться от дрожи, когда его пальцы взялись за шнуровку.

— Ты боишься, — не вопрос.

— Да.

Он вздохнул, и я не знала, что это значит. Он недоволен? Рассчитывал, что я с радостью разделю с ним первую ночь?

Наверное, многие из чернавок и правда мечтали об этом. Но я — не они. Я хотела свободы. Уважения. И вернуться домой.