Книга Адская Кошка и Цветы Жизни, страница 207 – Елена Жильникова

— Отправь кого-нибудь за провиантом и полотенцами. Я планирую устроить пикник на траве. Я загляну в медпункт и встречу тебя на крыльце, – проговорила молодая женщина, вовлекая его в поцелуй. Короткий, невинный и от того особенно сладкий.

— Будет исполнено, госпожа Кошечка, – шепнул ей на ушко расхрабрившийся от эйфории фаворит, мягко снял со своих плеч её ладони, перецеловал каждый пальчик и, улыбаясь, быстрым шагом взлетел вверх по лестнице.

— Нахал, – нежно проворковала Эйлана, впечатленная его неожиданной смелостью, и толкнула дверь медкабинета. Заперто. – Куда это мог смыться Тодд?

Словно в ответ на её недоумение из кабинета послышались негромкие голоса.

«Да, что он себе позволяет, подстилка бордельная. Средь бела дня превратил медпункт в дом свиданий!» – рассердилась хозяйка, отпирая замок универсальным ключом.

Тодд сидел на письменном столе и о чем беседовал с Сидом, болтая ногами как мальчишка. При других обстоятельствах Эйлана, возможно, не стала бы им мешать, тихо взяла бы свою мазь и ушла, но история с оставленным без помощи апатичным Клифом возмутила её до глубины души и подвигла на воспитательные меры.

— Скажи, Тодд, разве солнце уже село? – вкрадчиво спросила Эйлан, громко хлопая дверью.

Медик испуганно ойкнул и растеряно посмотрел на Сида. Узрев хозяйку, смертники бухнулись на пол в позу кающегося грешника.

— Нет, госпожа, – промямлил Тодд, вжимаясь в напольные плиты. – Еще нет и полудня.

— Нет и полудня, – ласково повторила Эйлан и рявкнула. – Так, какого дьявола ты запираешь медпункт, не вывесив табличку, где тебя искать? Устроил бордель в пункте оказания медпомощи. Ночи не хватает для любовных утех?

Перепуганные рабы смиренно уткнулись лицами в сложенные перед собой руки и предпочли молча снести гнев хозяйки. Мягким пинком под ребра Эйлан заставила Сида подвинуться и достала из шкафчика с медикаментами мазь для своей голени и препарат для Тодда. Лагерный медик ей очень не нравился своим отношением к возложенным на него обязанностям, и у неё появилось желание преподать ему урок.

— Встаньте, мальчики, – приказала Эйлан, присаживаясь на край стола. Мужчины поднялись и понуро вытянулись перед ней. – Скажи-ка, Тодд, кто должен заботиться о здоровье обитателей Лагеря?

— Медик, госпожа, – проговорил Тодд, разглядывая её сапоги для верховой езды.

— Медик. Тогда, почему Луи три дня бесился и срывал злость на смертниках, пока я не приехала и не вправила ему мозги? Тебе сложно было накапать ему в суп успокоительного? – требовательно осведомилась она.

Брюнет, судорожно сглотнув, кивнул.

Такой ответ рассердил Эйлану еще больше:

— По какой причине апатичный Клиф целый час сидел на полу холла, подпирая спиной стену, пока Рори не поднял шум, и я не привела беднягу в чувство? Рыжик сказал, что ты признал Клифа здоровым и отказал в лечении. Сколько еще парней не получили медицинской помощи из-за твоей личной жизни?

— Психотерапия – не мой профиль, госпожа, – неубедительно оправдался медик, дрожа всем телом. «Только не в бордель, госпожа. Пожалуйста. Лучше выпори или поиграй. Только не в бордель, умоляю, Только не в бордель», – пронеслось в голове перепуганного брюнета, и его зрачки расширились от ужаса. Усмешка Эйланы еще больше напугала парня, и он съежился, стараясь казаться меньше ростом. – Моя специальность – травматология.